Росаккредитация: среди выигравших бизнеса пока нет…

Росаккредитация: среди выигравших бизнеса пока нет…

Росаккредитация не дает добро импортерам 4

Как я и предполагал ранее, аннулирование сертификатов и деклараций без какого-либо уведомления со стороны Федеральной службы по аккредитации переходит в практическое русло. Буквально вчера служба приняла решение об отзыве около 30 000 разрешительных документов, выпущенных одним из российских органом по сертификации. Сразу отмечу, что в этом материале я буду опираться на открытые данные, которые находятся на сайте Росаккредитации в разделе «Реестры».

Среди пострадавших компаний, которые у всех на слуху – Спортмастер, Иль Де Ботэ , кондитерская фабрика Рот Фронт, сети продуктовых магазинов Ашан и Билла, автомобильный концерн BMW, косметическая компания Yves Rocher. Ранее в этом списке оказались Fix Price, O’stin и другие бизнес-структуры. Перечень впечатляющий и дает представление о масштабах «инициатив» Росаккредитации.

Какие последствия ждут эти компании и что с ними происходит в результате непродуманных, безответственных и противоречащих здравому смыслу действий Федеральной службы? Происходит следующее. На таможенный пост на территории России приходит несколько контейнеров с запасными частями для техники, оборудованием, игрушками или товарами народного потребления в зависимости от рода деятельности компании. Ни вас, как компанию, ни таможенные органы никто не уведомил о том, что сертификат на вашу продукцию уже аннулирован и является недействительным. Такая информация всплывает только в момент процедуры таможенной очистки груза. Естественно, это расценивается таможенными органами как недостоверное декларирование груза! И далее начинается самое интересное.

Таможня разворачивает всю партию товара и отправляет ее на склад временного хранения, оплата услуг которого кстати стоит очень дорого и ложится, естественно, на плечи производителя или импортера. При этом, они получают на руки протокол об административном правонарушении и соответствующий значительный штраф. То есть, компания уже, говоря «народным» языком «попадает на деньги».

Что делать дальше? Есть два пути, первый – отправлять застрявшую продукцию обратно, а это снова как минимум расходы на транспортировку и второй – запускать процесс повторной сертификации партии. При самом оптимистичном раскладе она займет около двух недель при условии, что товар, который вы пытаетесь ввезти относится к группе простых. Если товар является сложным, как например промышленное или электротехническое оборудование, которое требует проведения сложных и долгих лабораторных испытаний, то этот срок может растянуться на период от одного до трех месяцев. Здесь также необходимо принять во внимание, что на рынке сейчас наблюдается дефицит данной услуги, возникший в результате целенаправленных действий Росаккредитации по закрытию огромного количества испытательных центров и лабораторий. Соответственно, где дефицит, там и очереди из страждущих испытать свою продукцию. Некоторые компании не выдерживают и уходят за испытаниями в другие страны Евразийского Экономического Союза.

Отрицательную экономику здесь подсчитать нетрудно – каждый день простоя на таможне бьет по финансовым показателям компании, уход на переоформление в страны ЕАЭС также негативно влияет на ее денежный поток и в целом на операционную деятельность.

Не стоит забывать и еще про один момент – взаимоотношения поставщика товаров и ритейла. Если вы продаете свою продукцию через крупные сети, то зачастую, в условиях контракта прописывается ответственность за срыв графика поставок. Когда товар застревает на таможенном посту, поставщик как раз и начинает выходить из расписания поставок и сеть совершенно правомерно может выписать ему штраф за нарушение контракта, либо вообще убрать продукцию из своего ассортимента. Налицо новые финансовые потери в дополнение к уже имеющимся.

Итак, исходя из частного, мы приходим к общему. А именно, к созданию дополнительных и, я подчеркну, искусственных барьеров, для нормального развития бизнеса в стране и замедлению экономики. Из примеров выше, вы уже наверняка отметили для себя, что проблема отзыва разрешительных документов ударила по разным отраслям. А самое главное, пока не видно даже намека на то, что ситуация каким-то образом может измениться в положительную сторону. Компании-производители, клиенты органов по оценке соответствия массово отправляют в Росаккредитацию запросы с просьбами разъяснить свои действия, и, получают отписки.

Возникает вопрос – почему отдельно взятое ведомство, находящееся в подчинении Правительства РФ может позволить себе во-первых, игнорировать требования Главы государства в лице Президента о снижении давления на бизнес и устранении административных барьеров, во-вторых умышленно или нет провоцировать хаос на вверенном ему участке экономики, ставя под удар не только ее развитие и показатели, но и нанося репутационный ущерб всему деловому климату России в глазах международных компаний, ну и в-третьих не обращать никакого внимания на конструктивные предложения участников рынка по совершенствованию его работы?

Ответа пока нет. Но, как мы знаем, при достижении критической массы начинается цепная реакция, ведущая к взрыву и, по моим ощущениям, он не за горами. Если раньше рынок оценки соответствия еще как-то мирился с теми или иными «фокусами» регулятора, то сейчас это терпение подходит к концу и когда вся отрасль восстанет в полный рост против ее уничтожения, и к ней присоединятся производители и импортеры, то проблема выйдет на федеральный уровень.

Росаккредитация: среди выигравших бизнеса пока нет…

Напомним, что Федеральная служба по аккредитации (Росаккредитация) была образована Указом Президента РФ от 24.01.2011 N 86 «О единой национальной системе аккредитации».
Потребовалось без недели 10 месяцев, чтобы свет увидело положение о Росаккредитации (Постановление Правительства РФ от 17.10.2011 N 845 «О Федеральной службе по аккредитации»). Утверждением этой по сути «конституции для отдельно взятой службы» завершился в целом не только формальный, но и фактический процесс изъятия у федеральных министерств и ведомств (Минрегионразвития, Россельхознадзор, Россвязь, Росстандарт, Роспотребнадзор, Росжелдор) функций по аккредитации органов по сертификации, испытательных лабораторий (центров) и отдельных экспертов.

Чем же объясняется столь длительная «временная дельта» между состоявшимся в начале года решением (указом) и появлением положения? Ведь по своему содержанию документ мало чем отличается от положений других служб. Многостраничное «чтиво» между тем содержит всего несколько содержательных пунктов и одно приложение с 12-тью отмененными («утратившими силу») постановлениями правительства, которыми «обиженные ФОИВы» наделялись ранее «аккредитационными» функциями. Нешуточная подковерная битва за раздел рынка с рентоориентированным поведением «участников» по всей вероятности и обусловила затяжку сроков. Правительственная газета сообщала, что кусочки «рынка оценки соответствия» (в своих специфических частях) удалось отстоять и оставить за собой ряду ведомств. Однако, это не так: ряду не включенных в «правопреемство» ведомств удалось отстоять свой «рынок» только путем перевода обязательной системы оценки соответствия в добровольную (по крайней мере формально, для «маскировки»). А что касается МЧС, то решение тоже состоялось, но для его оформления требуется не правительственный акт, а решение более высокого уровня – президентский указ.

Итак, кто больше всего потерял? Сами участники рынка (бизнес и «приближенные» к нему) пока ничего не потеряли. Для новых участников рынка «сей секунд» есть только «потенция» получить неразбериху и убытки из-за затяжек в получении аккредитаций в период безвременья (так обычно бывает в российской практике, когда новое ведомство только формируется). Что касается ФОИВов, то без сомнения вместе с функцией больше всего аппаратный вес потеряли Россельхознадзор («отнято» 123 единицы штатной численности) и Росстандарт (71 единицы). Самой малой кровью отделалась Россвязь (единица штата). Соответственно, проиграли и курирующие министерства: Минсельхоз и Минпромторг.

Кто больше всего выиграл? Сами участники рынка получили пока чисто гипотетическую возможность изменения среды на рынке по оценке соответствия. Есть надежда, что сама госуслуга станет прозрачней и честней, что рынок станет более конкурентным, что удастся изменить рентоориентированное поведение чиновников, ответственных за выдачу свидетельств об аккредитации. То есть все это пока в гипотезе, но надежды, как известно еще из 18-го века, юношей питают. Пока же есть только один участник, получивший больше всего «бонусов» и он – среди властных структур. Выиграло Минэкономразвития, получив в свое безраздельное «пользование и распоряжение» еще один подведомственный ФОИВ (по сути – мощную контрольно-разрешительную функцию) и дополнительные деньги, что приятно всем и всегда (разумеется, вместе с численностью в новое ведомство «уйдут» и соответствующие бюджетные ассигнования).

Люди, пробившие «процесс» и действовавшие, без сомнения, сугубо из идейных соображений, через 3-4 года должны или получить «лавры», или посыпать голову пеплом, или… Впрочем, и еще есть варианты, хотя их перечень ограничен, как «круг революционеров».

Надо отметить, что разделение между разными компонентами федеральной исполнительной вертикали одной и той же или смежных госфункций, хоть и несет в себе заведомо положительный потенциальный эффект трансформации коррупционной системы, создает новую коллизию, чреватую проблемами в будущем. Как известно, национальным органом, отвечающим за техническое регулирование в стране, является Минпромторг. Аккредитация – составная часть технического регулирования, мощный рычаг допуска/недопуска на рынок тех элементов системы, которые в свою очередь являются инструментами появления/функционирования на рынке производителей значительного объема отечественной продукции (в тех случаях, когда нужно проходить обязательную сертификацию, проводить различного рода экспертизы и исследования). То есть фактически за техническое регулирование в стране теперь ответственны два министерства, каждое из которых будет иметь в своем ведении профильные Службы. Нет уверенности, что будущее позволит избежать конфликтов (как содержательных, так и сугубо ведомственных). Выходом из коллизии вполне могла бы стать передача всего функционала по «техрегу» в МЭР…

Читать еще:  Новые идеи в бизнесе такси, перевозок, доставки

Состоявшееся «изъятие» – только начало большого пути. Мы, как и автор известного афоризма, всегда хотим как лучше. Это «как лучше» одновременно также повысит административно-бюрократический вес Минэкономразвития. Не менее значимой «гирей» этого веса становится появление в МЭР нормотворческой функции в сфере аккредитации. Так, находится в стадии согласования законопроект «Об аккредитации в Российской Федерации», который первоначально был разработан еще в Минпромэнерго (тогда еще не было «-торга»), но который так и не смог пробить бюрократическую стену из его противников.

Для реализации федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О техническом регулировании» (в части создания единой национальной системы аккредитации) и законопроекта «Об аккредитации» должны быть разработаны проекты постановлений Правительства Российской Федерации о порядках:

  • аккредитации органов по сертификации и испытательных лабораторий (центров);
  • формирования и ведения их реестра;
  • аттестации экспертов по аккредитации, привлечения, отбора экспертов по аккредитации и технических экспертов;
  • рассмотрения аппеляций и жалоб;
  • представления аккредитованными лицами в национальный орган по аккредитации информации о результатах деятельности, об изменениях состава персонала и его компетентности, технической оснащенности и других событиях;
  • проведения межлабораторных сравнительных испытаний одноименных видов продукции (материалов).

Кроме этого, разработки и принятия требуют методика расчета оплаты работ по аккредитации, формы заявлений об аккредитации, о переоформлении аттестата аккредитации, о расширении (сокращении) области аккредитации, о прекращении действия аттестата, положение о совете по аккредитации, административные регламенты и регламент межведомственного взаимодействия. Должны быть также нормативно закреплены критерии аккредитации органов по сертификации и испытательных лабораторий (центров) и требования к ним на основе международных стандартов ISO/IEC 17020:1998, ISO/IEC 17021:2006, ISO/IEC 17024:2003, ISO/IEC 17025:2005 и ISO/IEC 65:2000… И это далеко не полный перечень…

В период безвременья (формирования ведомства) вряд ли кто будет задумываться о происходящем на рынке – о том, как будут решаться проблемы «оценщиков соответствия» (и далее – тех, кто в свою очередь получает у них «аккредитационные услуги»).

Одним из посылов создания единой Службы и передачи кураторства над ней в экономическое ведомство было – разрушить прежнюю коррумпированную и рентоориентированную систему отношений на этом «административном рынке». Около месяца Служба, возникнув, даже не имела руководителя. Все это время не было точно известно, кто конкретно возглавит ведомство: если кто-то из системы Росстандарта, то реформу аккредитации априори можно было считать свернутой и сведшейся лишь к новой структурной единице в системе ФОИВов (а ради этого не стоило «огород городить»). Но этого не произошло – вновь назначенное руководство оказалось не из «старой» тусовки, привыкшей к ренте. В старых схемах прежней системы назначенный руководитель не участвовал.

Как говорил известный революционер начала века, жить в обществе и быть свободным от общества нельзя. Понятно, что дальше Служба будет формироваться из профессионалов – это и необходимо, и неизбежно. Но, переходя с прежних мест работы, не принесут ли они на новое старую систему отношений, известные «родимые пятна»? И не поглотит «хорошо забытое старое» только что родившееся новое? Не будет ли идеологически «съеден» новый руководитель «старыми-новыми» кадрами?
Риск для общества у новой структуры гораздо больше, чем было у множества прежних: Росаккредитация по сути стала государственной монополией.

P.S. При утверждении положения о Росаккредитации не удалось избежать и забавных казусов. Так, согласно положению, руководитель Службы должен представлять министру экономического развития проект положения о службе и предложения о ее предельной численности. И то, и другое, как известно, в наличии уже имелось еще до назначения руководителя …

Владимир Буев, вице-президент
Национального института системных исследований
проблем предпринимательства (НИСИПП)

Росаккредитация: среди выигравших бизнеса пока нет…

Напомним, что Федеральная служба по аккредитации (Росаккредитация) была образована Указом Президента РФ от 24.01.2011 N 86 «О единой национальной системе аккредитации».

Потребовалось без недели 10 месяцев, чтобы свет увидело положение о Росаккредитации (Постановление Правительства РФ от 17.10.2011 N 845 «О Федеральной службе по аккредитации»). Утверждением этой по сути «конституции для отдельно взятой службы» завершился в целом не только формальный, но и фактический процесс изъятия у федеральных министерств и ведомств (Минрегионразвития, Россельхознадзор, Россвязь, Росстандарт, Роспотребнадзор, Росжелдор) функций по аккредитации органов по сертификации, испытательных лабораторий (центров) и отдельных экспертов.

Чем же объясняется столь длительная «временная дельта» между состоявшимся в начале года решением (указом) и появлением положения? Ведь по своему содержанию документ мало чем отличается от положений других служб. Многостраничное «чтиво» между тем содержит всего несколько содержательных пунктов и одно приложение с 12-тью отмененными («утратившими силу») постановлениями правительства, которыми «обиженные ФОИВы» наделялись ранее «аккредитационными» функциями. Нешуточная подковерная битва за раздел рынка с рентоориентированным поведением «участников» по всей вероятности и обусловила затяжку сроков.

Правительственная газета сообщала, что кусочки «рынка оценки соответствия» (в своих специфических частях) удалось отстоять и оставить за собой ряду ведомств. Однако, это не так: ряду не включенных в «правопреемство» ведомств удалось отстоять свой «рынок» только путем перевода обязательной системы оценки соответствия в добровольную (по крайней мере формально, для «маскировки»). А что касается МЧС, то решение тоже состоялось, но для его оформления требуется не правительственный акт, а решение более высокого уровня – президентский указ.

Итак, кто больше всего потерял? Сами участники рынка (бизнес и «приближенные» к нему) пока ничего не потеряли. Для новых участников рынка «сей секунд» есть только «потенция» получить неразбериху и убытки из-за затяжек в получении аккредитаций в период безвременья (так обычно бывает в российской практике, когда новое ведомство только формируется). Что касается ФОИВов, то без сомнения вместе с функцией больше всего аппаратный вес потеряли Россельхознадзор («отнято» 123 единицы штатной численности) и Росстандарт (71 единицы). Самой малой кровью отделалась Россвязь (единица штата). Соответственно, проиграли и курирующие министерства: Минсельхоз и Минпромторг.

Кто больше всего выиграл? Сами участники рынка получили пока чисто гипотетическую возможность изменения среды на рынке по оценке соответствия. Есть надежда, что сама госуслуга станет прозрачней и честней, что рынок станет более конкурентным, что удастся изменить рентоориентированное поведение чиновников, ответственных за выдачу свидетельств об аккредитации. То есть все это пока в гипотезе, но надежды, как известно еще из 18-го века, юношей питают.

Пока же есть только один участник, получивший больше всего «бонусов» и он – среди властных структур. Выиграло Минэкономразвития, получив в свое безраздельное «пользование и распоряжение» еще один подведомственный ФОИВ (по сути – мощную контрольно-разрешительную функцию) и дополнительные деньги, что приятно всем и всегда (разумеется, вместе с численностью в новое ведомство «уйдут» и соответствующие бюджетные ассигнования).

Люди, пробившие «процесс» и действовавшие, без сомнения, сугубо из идейных соображений, через 3-4 года должны или получить «лавры», или посыпать голову пеплом, или… Впрочем, и еще есть варианты, хотя их перечень ограничен, как «круг революционеров».

Надо отметить, что разделение между разными компонентами федеральной исполнительной вертикали одной и той же или смежных госфункций, хоть и несет в себе заведомо положительный потенциальный эффект трансформации коррупционной системы, создает новую коллизию, чреватую проблемами в будущем.

Как известно, национальным органом, отвечающим за техническое регулирование в стране, является Минпромторг. Аккредитация – составная часть технического регулирования, мощный рычаг допуска/недопуска на рынок тех элементов системы, которые в свою очередь являются инструментами появления/функционирования на рынке производителей значительного объема отечественной продукции (в тех случаях, когда нужно проходить обязательную сертификацию, проводить различного рода экспертизы и исследования).

То есть фактически за техническое регулирование в стране теперь ответственны два министерства, каждое из которых будет иметь в своем ведении профильные Службы. Нет уверенности, что будущее позволит избежать конфликтов (как содержательных, так и сугубо ведомственных). Выходом из коллизии вполне могла бы стать передача всего функционала по «техрегу» в МЭР…

Состоявшееся «изъятие» – только начало большого пути. Мы, как и автор известного афоризма, всегда хотим как лучше. Это «как лучше» одновременно также повысит административно-бюрократический вес Минэкономразвития. Не менее значимой «гирей» этого веса становится появление в МЭР нормотворческой функции в сфере аккредитации. Так, находится в стадии согласования законопроект «Об аккредитации в Российской Федерации», который первоначально был разработан еще в Минпромэнерго (тогда еще не было «-торга»), но который так и не смог пробить бюрократическую стену из его противников.

Для реализации федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О техническом регулировании» (в части создания единой национальной системы аккредитации) и законопроекта «Об аккредитации» должны быть разработаны проекты постановлений Правительства Российской Федерации о порядках:

  • аккредитации органов по сертификации и испытательных лабораторий (центров);
  • формирования и ведения их реестра;
  • аттестации экспертов по аккредитации, привлечения, отбора экспертов по аккредитации и технических экспертов;
  • рассмотрения аппеляций и жалоб;
  • представления аккредитованными лицами в национальный орган по аккредитации информации о результатах деятельности, об изменениях состава персонала и его компетентности, технической оснащенности и других событиях;
  • проведения межлабораторных сравнительных испытаний одноименных видов продукции (материалов).
Читать еще:  Бизнес по отделке и ремонту квартир

Кроме этого, разработки и принятия требуют методика расчета оплаты работ по аккредитации, формы заявлений об аккредитации, о переоформлении аттестата аккредитации, о расширении (сокращении) области аккредитации, о прекращении действия аттестата, положение о совете по аккредитации, административные регламенты и регламент межведомственного взаимодействия.

Должны быть также нормативно закреплены критерии аккредитации органов по сертификации и испытательных лабораторий (центров) и требования к ним на основе международных стандартов ISO/IEC 17020:1998, ISO/IEC 17021:2006, ISO/IEC 17024:2003, ISO/IEC 17025:2005 и ISO/IEC 65:2000… И это далеко не полный перечень…

В период безвременья (формирования ведомства) вряд ли кто будет задумываться о происходящем на рынке – о том, как будут решаться проблемы «оценщиков соответствия» (и далее – тех, кто в свою очередь получает у них «аккредитационные услуги»).

Одним из посылов создания единой Службы и передачи кураторства над ней в экономическое ведомство было – разрушить прежнюю коррумпированную и рентоориентированную систему отношений на этом «административном рынке». Около месяца Служба, возникнув, даже не имела руководителя. Все это время не было точно известно, кто конкретно возглавит ведомство: если кто-то из системы Росстандарта, то реформу аккредитации априори можно было считать свернутой и сведшейся лишь к новой структурной единице в системе ФОИВов (а ради этого не стоило «огород городить»). Но этого не произошло – вновь назначенное руководство оказалось не из «старой» тусовки, привыкшей к ренте. В старых схемах прежней системы назначенный руководитель не участвовал.

Как говорил известный революционер начала века, жить в обществе и быть свободным от общества нельзя. Понятно, что дальше Служба будет формироваться из профессионалов – это и необходимо, и неизбежно. Но, переходя с прежних мест работы, не принесут ли они на новое старую систему отношений, известные «родимые пятна»? И не поглотит «хорошо забытое старое» только что родившееся новое? Не будет ли идеологически «съеден» новый руководитель «старыми-новыми» кадрами?

Риск для общества у новой структуры гораздо больше, чем было у множества прежних: Росаккредитация по сути стала государственной монополией.

P.S. При утверждении положения о Росаккредитации не удалось избежать и забавных казусов. Так, согласно положению, руководитель Службы должен представлять министру экономического развития проект положения о службе и предложения о ее предельной численности. И то, и другое, как известно, в наличии уже имелось еще до назначения руководителя …

Владимир Буев, вице-президент

Национального института системных исследований

проблем предпринимательства (НИСИПП)

Росаккредитация массово аннулирует сертификаты. Что ждет импорт?

Автор: Анна Андрющенко, первая публикация: ChinaLogist.ru

Примерно для 70-80% товаров, ввозимых в нашу страну, необходимо обязательное оформление сертификата соответствия или декларации соответствия. Еще год назад импортеры просто покупали эти основные разрешительные документы. Но сейчас все кардинально изменилось.

Для понимания: Ключевое слово в названиях СС и ДС — «соответствие». Каждый товар должен соответствовать определенному техническому регламенту. Для каждого типа товаров действуют свои регламенты. Например, для одежды это ТР легкой промышленности. Для электроники ― электромагнитной совместимости. Технических регламентов огромное множество. Поэтому полностью сертификаты соответствия обозначаются как СС ТР ТС (где СС — сертификат соответствия, ТР ― технический регламент, ТС ― Таможенный Союз).

На разные типы товаров требуются разные разрешительные документы. На какие-то — декларация о соответствии, на какие-то — сертификат соответствия. Например, на какой-нибудь бытовой аккумулятор потребуется сертификат, а на похожий аккумулятор для коммерческого использования — декларация. Декларацию получить проще.

Как определить, подлежит ли товар ввозу, соответствует ли он действующему техническому регламенту? Единственный способ ― провести испытания на соответствие. Они проводятся в лабораториях. Лаборатория выдает протокол испытания, и уже на основании этого документа орган сертификации выпускает СС или ДС.

Когда год назад импортеры покупали сертификаты или декларации, многие из них не покупали и не оформляли протоколы испытаний. А приобретали сразу готовый документ.

Образцы обязательны! День, когда все изменилось

27 декабря 2017 года вышло «Совместное разъяснение ФТС России и Росаккредитации о порядке ввоза товаров в качестве проб и образцов», которое сделало миссию получения сертификатов соответствия практически невыполнимой.

Десятки лет никто не замечал, что СС и ДС покупают. Закон был, но не работал. Поэтому выпущено было именно разъяснение, а не постановление, к примеру. Основной акцент в документе был сделан на необходимость первичного ввоза образцов товаров для проведения испытаний.

В разъяснении было прямо сказано о том, что львиная доля документов просто покупалась — без реального прохождения испытаний. И главным посылом разъяснения стало то, что теперь все будет иначе. Ужесточат контроль, наведут порядок. ФТС будет усиленно контролировать импортеров, Росаккредитация — органы сертификации и лаборатории.

Так должно было стать, но так не стало. Очевидно, что в нынешнем виде закручивание гаек в механизме сертификации положительно повлияло только на бизнес крупных импортеров и части российских производителей, но губительно сказалось на бизнесе мелких и средних импортеров. В основном — из-за пробелов в законодательстве.

Росаккредитация стала жестко контролировать органы сертификации и лаборатории. В результате внеплановых проверок значительную часть их закрыли. Это был просто огромный рынок, на работу которого закрывали глаза. Внезапно глаза открыли, и оказалось, что никто не знает, что со всем этим делать. Ни таможня, ни органы сертификации, ни лаборатории. Так, многим лабораториям пришлось впервые проводить реальные испытания присланных образцов товаров. Некоторые вначале даже не знали, что же делать с образцами. У них была паника. Никаких образцов они раньше в глаза не видели. Какие-то испытания, конечно, проводились в крупных лабораториях и раньше. Но, в основном, это были испытания товаров местных производителей, которым также необходимо оформлять сертификаты соответствия. А импортерам было проще покупать готовые документы, так как у них зачастую даже не было времени на то, чтобы ждать результатов испытаний.

Сейчас для того чтобы произвести ввоз образца, провести его испытания, необходимо написать письмо в таможню, приложить к нему договоры с лабораторией и с органом сертификации, доказывающие, что это не абы какой образец, а ввозимый для испытаний. После чего проводятся испытания, выдается протокол испытаний, на основании которого выпускают сертификат или декларацию, и уже после этого ввозят основную партию товара.

Казалось бы, все понятно и регламентировано. Однако на деле все совсем не так.

Пример 1. Успеть за 45 дней!

Компания заказала контейнер с бытовыми приборами, по которым есть действующий сертификат соответствия. Но пока контейнер 50 дней плыл в Санкт-Петербург по морю, орган, выдавший сертификат, закрыли за нарушения. И аннулировали сертификат. То есть в Санкт-Петербург товар приплыл уже без сертификата. Что делать?

Необходим условный выпуск на весь груз, который дается на 45 дней. За это время из основного груза берут образец, передают в лабораторию, проводят испытания, выдают протокол, получают сертификат.

Казалось бы, все хорошо. Но что происходит в реальности? В лабораторию, куда передали образцы, внезапно нагрянула Росаккредитация с проверкой. Все встало. Образцы не отдают. Часы тикают. Время выходит. Таможня резонно заявляет: «У нас нет законной возможности продлить срок условного выпуска, так как по закону он делается только на 45 дней». В итоге груз не выпущен, заводится дело об административном правонарушении. Импортера ждут, как минимум, очень серьезные штрафы. Что делать дальше с грузом — непонятно. По сути, нужно вернуть его на СВХ, заявить какой-то новый режим, и все это связано с огромными издержками. Компания не понимает, получит ли она когда-нибудь свой груз. И таких ситуаций сейчас великое множество.

И это не все сложности. С июля 2019 года для получения сертификата соответствия обязательной стала процедура проведения испытания производства — так называемого инспекционного контроля. Для того чтобы импортер получил сертификат, зарубежный производитель должен пройти инспекционный контроль. Для этого эксперт из российского органа выезжает на данное производство. Заметим, что у разных органов и разных экспертов — свой спектр аккредитаций по тем или иным техническим регламентам. И очень важно, чтобы у эксперта была аккредитация на проведение контроля по нужному техническому регламенту.

Инспекционный контроль для получения сертификата стал еще одним камнем преткновения на пути импортера. Если раньше сертификат получали на три года, то теперь импортер должен будет продлевать его ежегодно. Потому что инспекционный контроль производства необходимо проводить раз в год. Если такой контроль не будет своевременно пройден, сертификат отправят в архив.

Пример 2. Сертификат подорожал в 10 раз!

Компания возит сеялки из Германии. Есть действующий сертификат соответствия, выданный в июле 2018 года, полученный на три года. Теперь нужно подтвердить сертификат, пройдя инспекционный контроль. Но орган, выдавший сертификат, закрылся. Импортер и рад был бы пройти инспекционный контроль, но нет возможности это сделать. По закону не установлено, что можно делегировать инспекционный контроль другому органу. При этом дата выдачи сертификата — конец июля 2018 года. И уже с августа 2019 года сертификат могут в любой момент отправить в архив. А виной всему пробел в нашем законодательстве.

Читать еще:  Бизнес-идея: cоздание покрасочного бокса

Что делать? В условиях действующего законодательства — получать новый сертификат соответствия. Если в 2018 году оформление такого сертификата стоило 40 тыс. рублей, то теперь за него придется заплатить 205 тыс. рублей. И сверх этого оплатить инспекционный контроль: проезд, проживание и работу эксперта российского органа. И оплачивать такой контроль нужно будет ежегодно. Прибавьте расходы на ввоз образца и проведение испытаний в лаборатории. Таким образом, новый сертификат обойдется импортеру примерно раз в 10-12 дороже старого — минимум в полмиллиона рублей!

Добавим, что на фоне ужесточения контроля закрылось огромное количество органов сертификации и лабораторий. Примерно 80%. Грубо говоря: было 10, осталось 2. И для двух оставшихся ввели ограничения. Раньше они могли выпускать какое угодно количество сертификатов, теперь ― не более установленного лимита. Например, если в органе сертификации работают три человека, он может выпускать, к примеру, 20 сертификатов в день, не более. Неслучайно очереди за сертификатами сейчас просто огромные! А теперь представьте: в один из двух оставшихся органов сертификации нагрянула внеплановая проверка — и он накрылся. После чего все подготовленные к процедуре выпуска сертификата документы зависли. Нагрянула проверка в лабораторию — и на месяцы зависли предоставленные туда импортером образцы. Такое случается сейчас сплошь и рядом. И никто пока не знает, как преодолеть возникшие проблемы.

Получается, что наше государство ставит импортера в условия, когда ему в любом случае придется платить штрафы, и немалые: от 100 до 300 тыс. рублей. Поскольку, с одной стороны, обязательным для выпуска сертификата становится ввоз образцов и проведение испытаний, где важно успеть за 45 дней, а, с другой, бесконечные проверки органов сертификации и лабораторий делают такое своевременное получение документов не всегда возможным. А потом наступает ответственность перед законом — вследствие несовершенства закона.

Конечно, в моей статье пока больше вопросов, чем ответов. Чтобы узнать ответы, нужно время. А пока я попросила крупного специалиста по ВЭД, кандидата исторических наук, управляющего компанией «ВЭД Агент» Александра Дегтярева прокомментировать ситуацию на рынке сертификации. Публикую его мнение.

«Для огромного количества компаний оформление сертификата — жизненно важный вопрос. Без него они не смогут ввезти товар для продажи, и бизнес может серьезно пострадать.

Сегодня нормативная база в области сертификации и таможенного права, по сути, загоняет импортеров в капкан: надо оформлять сертификат с условным выпуском (если до ввоза товара на таможенную территорию получить ДС или СС по разным причинам не получилось), но органы и лаборатории не могут уложиться в 45 дней в связи с действиями того же государства. Мало того что импортер по независящим от него причинам должен нести огромные издержки по возврату товара на СВХ, располагающегося в зоне деятельности таможенного поста, на котором он оформлял партию товара (например, таможенное оформление было во Владивостоке, а товар находится уже в Москве), так еще и таможенный пост возбуждает дело об АП с вытекующими из этого штрафами.

Необходимо совместными усилиями ходатайствовать об увеличении срока 45 дней на получение разрешительной документации!»

Материал опубликован пользователем.
Нажмите кнопку «Написать», чтобы поделиться мнением или рассказать о своём проекте.

«Росаккредитация не дает добро импортерам»

Поделиться:

Отзыв тысяч сертификатов спровоцирует товарный таможенный коллапс

Как я и предполагал ранее, аннулирование сертификатов и деклараций без какого-либо уведомления со стороны Федеральной службы по аккредитации переходит в практическое русло. Буквально вчера служба приняла решение об отзыве около 30 000 разрешительных документов, выпущенных одним из российских органом по сертификации. Сразу отмечу, что в этом материале я буду опираться на открытые данные, которые находятся на сайте Росаккредитации в разделе «Реестры».

Среди пострадавших компаний, которые у всех на слуху – Спортмастер, Иль Де Ботэ , кондитерская фабрика Рот Фронт, сети продуктовых магазинов Ашан и Билла, автомобильный концерн BMW, косметическая компания Yves Rocher. Ранее в этом списке оказались Fix Price, O’stin и другие бизнес-структуры. Перечень впечатляющий и дает представление о масштабах «инициатив» Росаккредитации.

Какие последствия ждут эти компании и что с ними происходит в результате непродуманных, безответственных и противоречащих здравому смыслу действий Федеральной службы? Происходит следующее. На таможенный пост на территории России приходит несколько контейнеров с запасными частями для техники, оборудованием, игрушками или товарами народного потребления в зависимости от рода деятельности компании. Ни вас, как компанию, ни таможенные органы никто не уведомил о том, что сертификат на вашу продукцию уже аннулирован и является недействительным. Такая информация всплывает только в момент процедуры таможенной очистки груза. Естественно, это расценивается таможенными органами как недостоверное декларирование груза! И далее начинается самое интересное.

Таможня разворачивает всю партию товара и отправляет ее на склад временного хранения, оплата услуг которого кстати стоит очень дорого и ложится, естественно, на плечи производителя или импортера. При этом, они получают на руки протокол об административном правонарушении и соответствующий значительный штраф. То есть, компания уже, говоря «народным» языком «попадает на деньги».

Что делать дальше? Есть два пути, первый – отправлять застрявшую продукцию обратно, а это снова как минимум расходы на транспортировку и второй – запускать процесс повторной сертификации партии. При самом оптимистичном раскладе она займет около двух недель при условии, что товар, который вы пытаетесь ввезти относится к группе простых. Если товар является сложным, как например промышленное или электротехническое оборудование, которое требует проведения сложных и долгих лабораторных испытаний, то этот срок может растянуться на период от одного до трех месяцев. Здесь также необходимо принять во внимание, что на рынке сейчас наблюдается дефицит данной услуги, возникший в результате целенаправленных действий Росаккредитации по закрытию огромного количества испытательных центров и лабораторий. Соответственно, где дефицит, там и очереди из страждущих испытать свою продукцию. Некоторые компании не выдерживают и уходят за испытаниями в другие страны Евразийского Экономического Союза.

Отрицательную экономику здесь подсчитать нетрудно – каждый день простоя на таможне бьет по финансовым показателям компании, уход на переоформление в страны ЕАЭС также негативно влияет на ее денежный поток и в целом на операционную деятельность.

Не стоит забывать и еще про один момент – взаимоотношения поставщика товаров и ритейла. Если вы продаете свою продукцию через крупные сети, то зачастую, в условиях контракта прописывается ответственность за срыв графика поставок. Когда товар застревает на таможенном посту, поставщик как раз и начинает выходить из расписания поставок и сеть совершенно правомерно может выписать ему штраф за нарушение контракта, либо вообще убрать продукцию из своего ассортимента. Налицо новые финансовые потери в дополнение к уже имеющимся.

Итак, исходя из частного, мы приходим к общему. А именно, к созданию дополнительных и, я подчеркну, искусственных барьеров, для нормального развития бизнеса в стране и замедлению экономики. Из примеров выше, вы уже наверняка отметили для себя, что проблема отзыва разрешительных документов ударила по разным отраслям. А самое главное, пока не видно даже намека на то, что ситуация каким-то образом может измениться в положительную сторону. Компании-производители, клиенты органов по оценке соответствия массово отправляют в Росаккредитацию запросы с просьбами разъяснить свои действия, и, получают отписки.

Возникает вопрос – почему отдельно взятое ведомство, находящееся в подчинении Правительства РФ может позволить себе во-первых, игнорировать требования Главы государства в лице Президента о снижении давления на бизнес и устранении административных барьеров, во-вторых умышленно или нет провоцировать хаос на вверенном ему участке экономики, ставя под удар не только ее развитие и показатели, но и нанося репутационный ущерб всему деловому климату России в глазах международных компаний, ну и в-третьих не обращать никакого внимания на конструктивные предложения участников рынка по совершенствованию его работы?

Ответа пока нет. Но, как мы знаем, при достижении критической массы начинается цепная реакция, ведущая к взрыву и, по моим ощущениям, он не за горами. Если раньше рынок оценки соответствия еще как-то мирился с теми или иными «фокусами» регулятора, то сейчас это терпение подходит к концу и когда вся отрасль восстанет в полный рост против ее уничтожения, и к ней присоединятся производители и импортеры, то проблема выйдет на федеральный уровень.

Андрей Шалунов

Эксперт сферы оценки соответствия,

Председатель профсоюза работников сферы оценки соответствия

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector