Корочкин Владислав, семеноводство

Корочкин Владислав, семеноводство

Корочкин Владислав, семеноводство

Владислав Корочкин сумел вырастить большую компанию из крохотной луковички гладиолуса. Сейчас он считает, что залог устойчивого бизнеса — это ориентация на базовые потребности людей, которые, как выяснилось, не меняются со временем.

Двадцать лет назад у меня почти не было времени на раздумья. В 1991 году я служил в армии, жил на довольно закрытой территории — в Звездном городке. Все признаки происходящего можно было увидеть только по телевизору. А смотреть его было некогда. Первую половину дня я служил Отечеству. Вторую — занимался бизнесом. Тем более что на дворе стоял август. А значит, был самый пик сезона. В дни путча на ВДНХ стояли огромные очереди людей, которые приезжали со всей страны за семенами и луковицами…

Владислав Корочкин, президент холдинга «Русский огород», вице-президент ОПОРЫ РОССИИ

К капитализму Владислав Корочкин шел с детства. Еще в школе он увлекся выращиванием гладиолусов. Вскоре начал сдавать излишки своего творчества в рижское Общество садоводов. А вырученные деньги копил на сберкнижке. К моменту поступления в Военно-Медицинскую академию имени Кирова, что в Санкт-Петербурге, по советским меркам Корочкин был чуть ли не подпольным миллионером. Тысяча — «старыми»!

Совмещать хобби с военной наукой удавалось почти четыре года. Однако хобби в итоге победило. Поскольку стало к тому моменту настоящим бизнесом.

В августе 1991 года старший лейтенант ВВС Владислав Корочкин зарегистрировал собственную компанию и впервые попробовал торговать результатами своего (а впрочем, наемного тоже) цветоводческого труда на ВДНХ, в павильоне «Животноводство». Тогда весь товар легко поместился в двух чемоданах, которые быстро опустошили благодарные покупатели. Как вспоминает предприниматель, первая пятилетка новой экономики сопровождалась «диким спросом на все». В том числе на то, что хорошо росло. Семена и луковицы воспринимались как источник самофинансирования, достижимого лишь при условии ведения подсобного хозяйства. Хоть на шести сотках, хоть на трех.

«Страна была в общем-то «пустая», — рассказывает Корочкин о том времени. — Люди осваивали все что могли. Есть-то было нужно. В те годы засеивались все незанятые придорожные пространства, а за семенами стояли километровые очереди. Длина этих очередей была стабильной еще с советских времен. Но с какого-то момента стала вдруг варьироваться в зависимости от общественных настроений. В периоды тревожного состояния экономики — увеличивалась. Уменьшаться очереди начали лишь незадолгодо кризиса 1998-го…».

Занятно, но Владислав Корочкин до сих пор с энтузиазмом рассказывает об этих еще толком не изученных законах, с помощью которых можно понять, почему взмах крыла бабочки на одном конце планеты приводит к землетрясениям на другом. Довольно долгое время предприниматель даже позволял себе мечтать: вот заработает на гладиолусах, откроет когда-нибудь частную лабораторию — и возобновит свои исследования. Но сильные возмущения внешней среды и бурный рост собственного бизнеса заставили отказаться от этих надежд. Слишком много времени требовало (да и продолжает это делать) управление бизнесом. Тоже ведь — сложная система! К тому же строить ее приходилось на основе «научных догадок» и опираясь преимущественно на интуицию.

— Помню, в конце 90-х мы приглашали консультантов, — говорит Корочкин. — Потом они долго удивлялись, почему наша компания миновала фазы, которые «по классике» сопровождаются внутренними кризисами. У нас же таких кризисов не было. Причина заключалась в «слабых возмущениях». Небольшие, но регулярные изменения, проводимые в компании, «встряски» (в хорошем смысле) — та прививка, которая позволяет противостоять настоящим кризисным ситуациям. Любое изменение привычек — это ведь тоже кризис. И если долго их не менять, со временем можно столкнуться с настоящей проблемой. Впрочем, осознанно сформулировали эту идею как концепцию контролируемого кризиса мы только три года назад.

Однако некоторые неконтролируемые события все-таки ставили бизнес Корочкина под угрозу.

Август 1998 года. Очередной сезон продаж. На этот раз — сезон тюльпанов. Причем нужно учесть, что луковицы тюльпанов продаются всего три недели. Еще 16 августа фуры кое-как успевали отгружать. А 19-го они встали.

— Честно говоря, тогда я поступил не как предприниматель, — признается Владислав. — Пообещал всем производителям, у которых мы закупали луковицы, что обязательно расплачусь. Что и делал на протяжении нескольких лет. Сейчас, наверное, я поступил бы иначе. Все-таки дефолт — это «внешнее» событие. Тем более что мы как продавцы пострадали больше, чем производители (в те годы размещать заказы было принято преимущественно на контрактной основе). Мало того, кризис разразился именно в период, когда мы только что купили в кредит собственную производственную площадку. Так получилось, что сделали это на три месяца раньше, чем следовало бы. Ведь в сентябре цены упали в разы. А мы приобрели площадку в апреле, причем за валюту…

В 1998-м «Русский Огород» спасло простое обстоятельство: к тому моменту компания успела стать лидером рынка, показывала большие обороты, успела построить сложившуюся сеть филиалов и сформировать диверсифицированное предложение.

Что и говорить, «Русский Огород» вырос из луковиц гладиолусов, которые были не только объектом личной страсти предпринимателя, но и очевидно прибыльным товаром.

Несмотря на то что гладиолус — довольно прихотливый цветок, требующий еженедельного рыхления земли, подвязывания и прочих манипуляций, благодаря высоким ценам на луковицы значительную выручку удавалось получать даже с крошечных площадей. При этом Корочкин хорошо понимал: дальше наращивать оборот можно лишь за счет контрактного производства и комплектации обширного ассортиментного ряда, который быстро пополнялся семенами различных овощей.

А еще были подозрения, что популярный в советское время гладиолус (двадцать лет назад в сезон он стоил дороже розы) вскорости может быть вытеснен другими цветочными сортами. Что, собственно, и произошло: ныне луковицы гладиолусов занимают скромную долю в совокупных «цветочных» продажах «Русского Огорода».

Однако после дефолта 1998-го Корочкину пришлось ужать свой большой ассортимент до границ «эконом-класса». Зато с тех пор эта линейка стала неприкосновенным стратегическим запасом предпринимателя.

Запасом, который сработал и в 2008-м. Сработала и «теория очередей»: во время экономических спадов люди начинают внимательно следить за продовольственной

безопасностью семьи. А значит, уделяют куда больше внимания «натуральному хозяйству». Все это помогло компании устоять.

«Что происходит во время финансовых пертурбаций с нашим рынком, мы можем увидеть на примере США образца 2008 года, — говорит Корочкин. — Всю Америку начали засеивать. Причем расчетливые американцы покупали не рассаду, а именно семена. России этот тренд тоже коснулся. Когда люди считают каждую копейку, они начинают слишком близко к сердцу воспринимать разницу между ценами в супермаркетах и несколькими рублями, которыми измеряются пакетики с семенами».

По наблюдениям Владислава Корочкина, спрос во время кризисов заметно «съезжает» в сторону «съедобных» культур. Впрочем, речь, конечно же, о частных лицах. Не о государстве…

— Вопрос продовольственной безопасности в России до сих пор стоит довольно остро, — уверяет предприниматель. — Проблема в том, что экспортировать семена из России долгое время практически не разрешалось. В любом случае на сбор нужных подписей могло уходить около полугода, и не всегда такие временные затраты влекли за собой нужный результат. При этом я всегда говорил — и это очевидно, — что продовольственная безопасность страны может быть обеспечена исключительно за счет экспорта. То есть когда страна производит сельскохозяйственные продукты не «впритык», а имея большие излишки. Как бы то ни было, в последнее время ситуация вроде бы меняется, а процедура согласований обещает упроститься. Так что я надеюсь увидеть свою компанию в ближайшие годы в числе экспортеров!

В конце 90-х Владислав Корочкин возглавил профильную ассоциацию семеноводов. А вскоре стал одним из тех, кто участвовал в создании Некоммерческого партнерства «ОПОРА» — в 2001 году. С тех пор он ведет, по собственному выражению, «двойную жизнь». И сумел сделать за это время ряд соответствующих наблюдений.

С его точки зрения, если в 90-х различные общественные организации (создание которых инициировали власти) были нужны исключительно для отчетности (хотя на самом деле все решалось по звонку), в последние годы они стали реальным инструментом, в котором вроде бы стала нуждаться власть.

«Время депутатских «поправок», которые появлялись по непонятным причинам, судя по всему, безвозвратно ушло в прошлое, — считает Корочкин. — А консультативные советы с участием предпринимательского сообщества сейчас довольно эффективно работают при профильных ведомствах. Правда, появилась опасность другой крайности — использования чиновниками бесплатной силы при создании аналитической базы или подготовке законопроектов. Но, как бы то ни было, за эти годы власть очевидно ощутила потребность в точке зрения субъектов рынка. Конечно же, решения не могут приниматься коллективно. Но и такое явление, как изменение процентной ставки ЕСН (которое пытались предотвратить не только деловое сообщество, но и ряд министерств), бросалось в глаза скорее как нетипичное.

Впрочем, некоторые «бонусы» первых лет «новой экономики» Владислав Корочкин все-таки вспоминает с заметной симпатией. «Моя персональная история обошлась без особенно экстремальных событий, — размышляет он. — Даже с точки зрения «крыши» все было спокойно (на ВДНХ, где мы продавали нашу продукцию, все контролировала администрация). А вот партнеры вспоминают, как приезжали к нам за семенами с деньгами, привязанными к собственному телу. Тогда еще не наступила эпоха безнала. С его появлением работать стало, конечно же, безопаснее и удобнее. Но в целом жизнь, на мой взгляд, была проще. Рынок — не настолько зарегулирован. — А люди… были практически одинаковыми, «примитивными» в каком-то смысле; ни о каких конкурентных преимуществах речи быть не могло. Вопрос заключался исключительно в скорости…» Этот параметр Владислав Корочкин успевал учитывать.

— В первые годы нам удавалось привозить в Россию сорта, которые здесь еще никто не продавал, — продолжает предприниматель. — Были даже «сверхприбыли»! Например, маржинальность семян комнатных растений в конце 90-х составляла 600–800%! Кроме того, мы были первыми на рынке, кто стал упаковывать семена в цветные пакеты (то есть с нанесенной фотографией будущего растения или овоща) вместо белых, известных еще с советских времен. Я даже помню, как один из патриархов семенного рынка утверждал, что в России цветные пакеты нужны будут лет через 10, не раньше. А вскоре — сам перешел на них. Ведь они продавались заметно лучше!

Как бы то ни было, Владислав Корочкин сетует: потребители на этом рынке по-прежнему слишком консервативны для того, чтобы «съедать» инновационные продукты большими порциями. И годы здесь мало что меняют:

— Очень большую роль играют семейные предания: некогда бабушка вырастила из определенных семян небывалый урожай — а значит, надо покупать именно эти семена! А то, что выведены новые — и гораздо более урожайные — сорта, мало кого интересует…

Что происходит с российскими семенами

В аграрном секторе всё острее ощущается зависимость от иностранного посадочного материала

Почти вся российская сельхозпродукция выращивается из импортных семян. Такое вот своеобразное импортозамещение в аграрном секторе. Та же свёкла, выросшая в поле, вроде как наша, но семена этой свёклы привезли из-за границы. Что же будет, если однажды их не привезут?

«Парламентская газета» решила разобраться, почему в семеноводстве страна продолжает зависеть от импорта, каковы масштабы этой зависимости и как государство собирается решать проблему дефицита отечественных семян.

Надеяться на дачников-огородников?

«Ну что такое, какой сорт ни возьмёшь — везде иностранные названия, потому что все семена импортные», – негодовала председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко во время открытия нового тепличного комплекса в Ленинградской области. Она похвалила сотрудников теплицы за освоение новых технологий, но, обращаясь уже ко всему аграрному сообществу и законодателям, призвала плотно заняться восстановлением семеноводческого сектора, чтобы сельхозпродукция производилась целиком из отечественных составляющих.

Валентина Матвиенко предложила объявить 2019-й Годом села

Ситуация в семеноводстве обстоит не очень здорово как в сфере садоводства, так и овощеводства, признал председатель Комитета Госдумы по аграрным вопросам Владимир Кашин в разговоре с «Парламентской газетой». По его словам, наибольшую зависимость от импортных семян испытывают производители сахарной и кормовой свёклы. Отечественные конкурентоспособные семена этой культуры только предстоит создать, отметил депутат.

Немногим лучше обстоят дела с кукурузой: рынок всё ещё занимают иностранные производители, освоившиеся в этой сфере несколько десятилетий назад. В то же время российские семеноводы могут стать им серьёзными конкурентами, но для этого государство должно их поддержать.

Читать еще:  Экскурс в историю: Назад в 90-е или кто такие «рейдеры»?

Большой популярностью отечественные семена пользуются у населения, подчеркнул Владимир Кашин. Особенно это касается выращивания «огородных» овощей. «Около 80 процентов овощей (помидоры, огурцы, перец и прочие) производит население, и эту часть закрывает отечественное семеноводство», — рассказал законодатель. Одна из немногих овощных культур, которая выращивается из импортного материала, – это картофель. Здесь довольно приличный сектор занимают голландские сорта, причём спрос на них идёт не только от простых фермеров, но и крупных агрофирм.

Наши сорта прекрасны, конкурентоспособны и дают хороший урожай, проблем в этой сфере меньше всего.

Наилучшим образом дела обстоят в сегменте зерновых культур. «Наши сорта прекрасны, конкурентоспособны и дают хороший урожай, проблем в этой сфере меньше всего. Но последние 20 с лишним лет оригинаторы и производители первичного звена не получали ни копейки от государства. Многие станции обветшали и забрались в долги, их нужно возрождать и развивать», — посетовал Владимир Кашин.

Возрождение семеноводства: когда ждать «всходов»

Одна из главных проблем, которая мешает развитию семеноводства в России, — это устаревшее законодательство. Закон «О семеноводстве» не менялся с момента создания в середине 90-х годов. И хотя отдельные попытки актуализировать его были, ни одна так и не обрела законную силу. По словам члена Общественного совета при Министерстве сельского хозяйства РФ Владислава Корочкина, нормы этого документа фактически держат в изоляции российских аграриев.

Органические продукты будут на треть дороже обычных

«Нужно изменить многие нормативные акты, которые препятствуют свободному обращению и экспорту семян, затрудняют импорт и обмен генетическим материалом для тех, кто хочет заниматься селекцией как официальных научных учреждений, так и просто заинтересованных селекционеров», — считает эксперт.

Учитывая актуализацию вопроса развития семеноводства, в Государственной Думе уже появились планы по доработке Закона «О семеноводстве». Эту информацию подтвердил «Парламентской газете» Владимир Кашин, отметив, что обновлять этот сектор сельского хозяйства нужно «по всей вертикали», включая создание научной базы и развитие системы производства оздоровлённого посадочного материала.

Вопрос усовершенствования технологической базы стоит наиболее остро перед нашим государством, добавил член думского Комитета по аграрным вопросам Александр Поляков. «В нашей стране используются устаревшие технологии 20-30-летней давности, а многие российские учёные уехали работать в зарубежные селекционные центры. Ситуацию необходимо развернуть в противоположную сторону», — уверен депутат.

С прошлого года работу по возрождению семеноводства и селекции ведёт Правительство. По поручению президента Владимира Путина Минсельхоз разработал Федеральную научно-техническую программу развития сельского хозяйства на 2017-2025 годы. Она предусматривает отдельные подпрограммы, посвящённые развитию селекции и семеноводства картофеля, а также свёклы, овощных культур, подсолнечника и кукурузы. Судя по «дорожной карте» данного проекта, обе они уже должны быть в процессе реализации.

Тот факт, что государство поставило в приоритет вопрос развития семеноводства, подтвердила и зампред Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Ирина Гехт. «Сегодня субсидируется создание семеноводческих станций и селекционных центров. И они в принципе уже начали создаваться, например в Санкт-Петербурге и Челябинской области», — рассказала сенатор «Парламентской газете».

Есть понимание и со стороны местного бизнеса, добавила она. Так, крупные агрохолдинги всё чаще создают собственные селекционные и семеноводческие центры. «То есть это обоюдное движение и от бизнеса, и от государства. Я думаю, что в ближайшие пять — семь лет мы решим эту проблему», – подчеркнула парламентарий.

Заграница нам поможет

Как бы странно это ни звучало, но развитие российского семеноводства вообще без заграницы невозможно. Об этом в комментарии «Парламентской газете» рассказал член Общественного совета при Министерстве сельского хозяйства РФ Владислав Корочкин. Всё дело в качестве семян, обеспечить которое может только благоприятный климат.

Крым обеспечивает продуктами себя и готов их экспортировать

По его словам, у семян, выращенных в России, может быть больше «некондиции» именно из-­за плохих погодных условий: где-­то недостаточно солнца, где-­то слишком холодно или не хватает воды для полива, где-­то лили дожди в период уборки и так далее. Впрочем, эти проблемы знакомы и иностранным производителям, особенно из Северной Европы.

Вот и ищут семеноводы наиболее благоприятные территории по всему земному шару. В основном перспективные нивы находятся в Южном полушарии. Там же развивается сопутствующая инфраструктура, фермерские хозяйства, субподрядные организации и всё прочее, что также влияет на более эффективное и дешёвое производство семян, отметил Владислав Корочкин.

«Голландцы, например, практически никаких семян у себя не производят — они выращивают их в США, Индонезии, Малайзии, Новой Зеландии и других странах», – констатировал собеседник «Парламентской газеты». Российские овощные компании, по его словам, поступают так же и по тем же причинам: 80 процентов даже своих собственных сортов и гибридов они выращивают за рубежом.

Кроме того, этим производители нивелируют фактор сезонности. «Когда у нас зима — в Южном полушарии лето, семена зреют. К моменту, когда у нас начинается посевная, их убирают, то есть они поступают к нам свежими», – объяснил член Общественного совета при Минсельхозе.

Антироссийские санкции: промышленность возрождается, село даёт рекордные урожаи

Как слезть с «иглы» семенного импорта

России нужны новые селекционные достижения, чтобы не зависеть от импортных семян, убеждён член Комитета Госдумы по аграрным вопросам Александр Поляков. На примере родной Тамбовской области он показал «Парламентской газете», как регионы ищут пути самостоятельного развития.

Тамбовщина — регион сельскохозяйственный, но перед областью в сфере семеноводства тоже стоят серьёзные проблемы. Например, отсутствие качественного посевного материала сдерживает рост урожайности картофеля. Для увеличения объёма его производства и вытеснения импорта началась реализация инвестиционного проекта по строительству селекционно-семеноводческого центра. В нём будут применяться инновационные методы биотехнологии, которые позволят выращивать безвирусные семена.

В целом же в Тамбовской области зарегистрировано 13 семеноводческих хозяйств, и все они нацелены на производство семян высоких репродукций перспективных сортов. Серьёзную работу проводит филиал Россельхозцентра по Тамбовской области, особенно по части отслеживания качества семенного материала, фитосанитарному мониторингу посевов и распространения опасных вредителей, а также консультаций по борьбе с ними.

Сделка с западным «агротитаном»: угроза или благо?

Пока семеноводческий сектор готовится «восстать из пепла 90-х», рынок могут захватить иностранные компании. По словам сенатора Ирины Гехт, тревогу вызывает прежде всего слияние немецкой компании Bayer и американского производителя гербицидов и ГМО-семян Monsanto.

Сегодня субсидируется создание семеноводческих станций и селекционных центров. И они в принципе уже начали создаваться, например в Санкт-Петербурге и Челябинской области.

ФАС одобрило сделку на территории России, обязав корпорацию поделиться «секретами успеха» с российскими аграриями, чтобы они могли развиваться и составлять конкуренцию. Речь идёт о пятилетнем сотрудничестве в сфере цифровых биотехнологий. В числе прочего Bayer — Monsanto передаст семеноводческие технологии: молекулярные средства селекции кукурузы, рапса, сои, пшеницы, а также отдельных гермоплазм (коллекции генетического материала) томатов, огурцов, капусты и культур, перечисленных выше.

В ФАС эту сделку с агрогигантом оценивают положительно, рассчитывая, что это поможет развитию отечественного аграрного сектора. Но сенаторы не видят в этом событии ничего оптимистичного. «После объединения Bayer — Monsanto станут фактически монополистами на мировом рынке семян. Здесь мы видим угрозу и национальной безопасности, и продовольственной», – прокомментировала Ирина Гехт.

Эксперты по аграрным вопросам в СМИ также выражают скепсис: по их мнению, предоставленные монополистом технологии никак не помогут российским производителям, так как применить их они не смогут из-за устаревшей материальной базы и отсутствия опыта.

Корочкин Владислав, семеноводство

«Молодых людей, которые могли бы проявить себя в качестве успешных менеджеров в сфере малого и среднего бизнеса, у нас отбирают структуры-монстры»

Родился в Риге в 1964 году.

1981–1982 — лаборант группы электронной микроскопии Института микробиологии им. А. Кирхинштейна.

1982–1988 — курсант Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова.

1988–1991 — помощник ведущего врача Центра подготовки космонавтов им. Ю. А. Гагарина.

1991–1992 — адъюнкт Института авиационной и космической медицины.

Во время учебы в Академии работал на кафедре биологической и медицинской физики, в 1987 году занял второе место на Всесоюзном конкурсе студенческих научных работ. Имеет 16 научных работ по проблемам реакций сложных систем на воздействие слабых возмущений, а также многочисленные публикации по профессиональным и правовым проблемам семеноводства и селекции.

С 1992 по настоящее время — генеральный директор научно-производственной корпорации «НК.ЛТД» (компания производит и продает семена овощей и цветов, импортирует луковичные культуры, газонные травы), а также президент холдинга «Русский огород», который объединяет 32 дочерних и зависимых предприятия — все они являются малыми предприятиями. Производственная часть группы выделена в виде ООО «Семена НК».

Вице-президент Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «ОПОРА РОССИИ» и председатель совета ее Московского областного отделения, президент Евразийского союза производителей и продавцов семян.

Лауреат Национальной премии Российской академии бизнеса и предпринимательства «Дарин».

Женат, воспитывает троих детей — сына и двух дочерей.

В детстве у Владислава КОРОЧКИНА, ныне президента холдинга «Русский огород», было хобби — коллекционирование гладиолусов. Впрочем, тогда, в 70-х, он и не думал, что формирует «стартовый капитал» для будущего бизнеса — семеноводства.

Вкусные овощи, красивые цветы и яркая трава на газонах не вырастают сами по себе. Они вырастают из семян — это вам подтвердит любой пятиклассник. Не менее очевидно, что семена — весьма ходовой товар. Жаль, но тут все достоверные сведения об этом сегменте российского рынка и заканчиваются. Известно только, что в 2005 году в Россию из стран Западной Европы, США, Китая, Индии и других государств было ввезено почти шести миллионов килограммов семян. Наблюдается ли встречное движение? Вот с этим хуже. По крайней мере, такими объемами поставок российские экспортеры семян похвастаться не могут.

— Ничего удивительного, — утверждает Корочкин. — Судите сами: на то, чтобы оформить документы на ввоз семян из Европы в Россию (это не обязательно в прямом смысле слова импорт — у некоторых российских семеноводческих фирм есть свои производства за рубежом), нужно потратить максимум пару дней. Но если вам требуется получить разрешение на вывоз семян из России в Европу… Здесь и двух месяцев может не хватить! Мало того, недавно Министерство сельского хозяйства РФ подготовило новую редакцию закона «О семеноводстве», возводящую очередные барьеры для экспорта наших семян, в том числе «благодаря» сохранению «Реестра селекционных достижений, допущенных к использованию». Сегодня даже семена березы вы не можете экспортировать без личного разрешения заместителя министра, который должен подписать соответствующую бумагу. Да что там, в законопроекте опять масса поправок, ухудшающих жизнь семеноводческих хозяйств!

То, что Владислав Корочкин столь горячо критикует законотворческие новации, вполне оправдано. Полтора десятка лет он развивает бизнес — не благодаря, а вопреки действиям государства.

Луковицы гладиолусов ученик четвертого класса Владик Корочкин начал коллекционировать после того, как родителям выделили приусадебный участок. Уже через несколько лет от соседей, умолявших продать им несколько луковиц, не было отбоя. Но главное, появилась возможность самостоятельно проводить любопытные эксперименты. Увлечение биологией, в том числе селекцией, стало вдруг походить на нечто большее, чем просто хобби.

Обидно, но с первого захода после школы на биофак МГУ Корочкин не поступил. Баллов не хватило. А через год подал документы в ленинградскую Военно-медицинскую академию имени Кирова и вскоре стал студентом. Почему не в МГУ, суеверие? Все оказалось проще. К пристрастию к луковицам в старших классах добавилось новое, безумно модное в начале 80-х увлечение. Парапсихология! А про Академию имени Кирова знающие люди говорили: здесь парапсихологией занимаются не в пример более серьезно, чем в других вузах.

В 1988 году молодого специалиста распределили не просто в Москву, а в Звездный городок, в Центр подготовки космонавтов имени Гагарина на должность помощника ведущего врача. Друзья завидовали, а Корочкин быстро заскучал. «Я хотел заниматься наукой, но в начале 90-х финансирование стали сокращать, так что научных программ практически не сохранилось. Осталась только подготовка экипажей, а это довольно-таки скучная работа. Этот датчик сюда, этот туда — все по алгоритму, который за тебя разработал кто-то другой».

Читать еще:  Расчеты в сделках с недвижимостью

С научной деятельностью ничего не получилось, зато появилась возможность поступить в адъюнктуру Института авиационной и космической медицины и продолжать любимое с детства занятие — возиться с луковицами гладиолусов. Владислав записался в Московский клуб гладиолусоводов, участвовал в выставках — к тому моменту его коллекция уже была одной из лучших в стране, и… неплохо зарабатывал: еще перед поступлением в Академию у Корочкина на сберкнижке лежала вполне приличная по тем временам сумма, вырученная от продажи луковиц. Хобби уверенно развивалось и с каждым днем все больше походило на бизнес. Да и времена на дворе менялись…

В 1991-м Владислав зарегистрировал свою фирму, разместившуюся на территории ВДНХ (ВВЦ), сперва в павильоне «Животноводство», а позже — в «Круговой кинопанораме». Тогда на девяти квадратных метрах у Корочкина работало шесть продавцов, а сегодня предприниматель осваивает собственное опытное поле и дает работу трем сотням сотрудников. Поначалу весь бизнес сводился к розничной торговле луковицами гладиолусов, но вскоре оказалось, что не меньшим спросом пользуются и иные аналогичные товары, прежде всего семена. А следом возникла идея: раз удается зарабатывать на продаже чужой продукции, не попробовать ли выращивать семена самостоятельно? Тем более что спрос был не просто ощутимым, а в полном смысле слова «зримым» — порой на территории ВВЦ за семенами выстраивались трехкилометровые очереди!

— До сих пор не могу понять, как «Сортсемовощ», этот бывший советский монополист в сфере семеноводства с филиалами во всех регионах страны, которому государство оставило в наследство колоссальные активы, потерял такой рынок и заканчивает банкротствами?! — удивляется Корочкин. — Наверное, потому, что руководители предприятий так и не научились работать в конкурентных условиях и строить дело, отталкиваясь от спроса.

Так или иначе, прежний государственный монополист оказался колоссом на глиняных ногах, а «Русский огород» уверенно расширялся. Сначала компания сфокусировалась на семенах овощных культур. Картофель, огурцы, помидоры, капусту, морковь, свеклу и другие овощи в стране сажали все, кому посчастливилось стать владельцем нескольких «соток» земли, а в первые годы реформ дачи и садовые участки кормили миллионы россиян. Спрос на хорошие семена, естественно, зашкаливал.

Вот тогда-то Корочкин и переложил штурвал. Переложил резко: с 1994 года «Русский огород» уверенно ворвался на рынок фасовки и продажи семян цветов. Коллеги по бизнесу крутили пальцем у виска: «Это в России не пойдет. Кому здесь нужны цветы, если народ балансирует на грани физического выживания?!» Но дело пошло. А тут еще Владислав придумал упаковывать семена не в скучные белые пакетики с печатями, а в цветные. И потребителям это неожиданно понравилось: из утилитарного товара семена превратились еще и в замечательный, красивый подарок!

По словам Корочкина, темпы роста бизнеса в то время били все возможные рекорды, достигая 400–500%. И к началу 1996 года «Русский огород», прочно обосновавшийся на ВВЦ (собственный склад и полгектара земли), начал постепенно расширять географию поставок. Как сказали бы теперь, компания выстраивала каналы сбыта и готовилась к региональной экспансии. Гонцы-предприниматели со всей страны приезжали на ВВЦ закупать семена. Владислав решил: пора организовать эту разрозненную массу. План удался, так что сегодня у компании уже 25 региональных отделений во всей России.

Все шло по нарастающей, пока не грянул кризис 1998 года.

— Представляете, это был как раз пик закупки луковичных, середина августа! — вспоминает Корочкин. — Еще 17 августа клиенты заказывали у нас все, что было в ассортименте. А через два дня, 19-го, никто не покупал вообще ничего. Не спасало даже то, что все контракты у нас были в долларах, ведь в течение нескольких недель покупательская способность резко упала — в шесть-семь раз! Вы думаете, откуда у меня седина?

Легкая и красивая жизнь закончилась в одночасье. Цветы никому не были нужны. Зато, как в прежние времена, стал нарастать спрос на семена овощей. С последствиями кризиса компания, да и весь рынок, боролась целую пятилетку. Сегодня «Русский огород» уже перешагнул прежний, предкризисный объем продаж. Вот только теперь для достижения таких результатов работать приходится намного больше. И не только в кабинете руководителя компании. Владислав Корочкин еще и вице-президент «ОПОРЫ РОССИИ».

— Нынче у меня как раз такой, «двойной» день, — смеется Корочкин. — Сейчас вот буду смотреть последнюю верстку нового почтового каталога, а потом поеду на правительственную комиссию по административной реформе. Затем деловая встреча, а вечером — в Орехово-Зуево, мы там создаем местное отделение «ОПОРЫ». Теперь на «общественно-политическую деятельность» уходит два-три дня в неделю.

— А отпуск у вас бывает? Многие предприниматели жалуются, что на отдых времени почему-то критически не хватает…

— У нас есть традиция. Раз в год (когда получается, два) мы с членами Союза семеноводов выезжаем на одну-две недели за границу. За первые три-четыре дня проводим съезд, а потом вместе отдыхаем.

По имеющимся данным, «Русский огород» занимает около 15% российского рынка пакетированных семян. Есть и сильные конкуренты (Корочкин говорит о шести-семи компаниях), примерно равные как по ассортименту, так и по набору маркетинговых инструментов. Но главное, назрела объективная опасность экспансии иностранных компаний, которые и так уже задают тон в профессиональном сегменте рынка. Так что расслабиться не получается: конкуренция нарастает.

Для Корочкина конкурентоспособность — это качество продукции и новинки. Первое позволяет не сдавать завоеванных позиций, второе — атаковать соперников. Действующий более десяти лет участок грунт-контроля, сегодня уже площадью четыре гектара, где тестируются все произведенные и купленные компанией партии семян (около 3 000 различных сортов овощей и цветов), — гарантия того, что из приобретенных покупателем семян при соблюдении требуемых условий действительно вырастет то, что обещано. Если же говорить о новинках, то Владислав уверен: ключевая мировая тенденция — создание промышленных сортов и гибридов:

— Гетерозисные гибриды первого поколения 1 обеспечивают повышенную мощность растений и лучшие промышленные качества — одинаковость (товарность) плодов, спелость, окраску, скорость роста. Кажется, стоит ли рисковать, запустив что-нибудь необычное, ведь производство гибридов — само по себе дорогое удовольствие. Однако смотришь и диву даешься, как активно покупатели разбирают такой товар. Значит, хотят чего-то необычного. А главное, все это совершенно не связано с удовлетворением первичного спроса: урожайность как таковая уходит на второй план, а людям хочется, чтобы было интересно: пусть семена будут чуть дороже, зато овощи — вкуснее.

Пока вокруг кидаются пустым в отсутствие реального наполнения термином «инновации», «Русский огород» в прошлом году уже начал селекционную программу «Вкуснятина»: в компании решили всерьез заняться созданием овощных культур, обладающих выдающимися вкусовыми качествами. Такие семена будут сажать все. Даже те, кто в любое время года может позволить себе свежие овощи по любой цене.

Корочкин уверен, что новые сорта собственной селекции способны обеспечить устойчивость бизнеса на годы вперед. Вот если бы только все остальные проблемы можно было решить так же — своими силами. Однако пока не получается. Какие проблемы? Да те же, что и у других, — люди и государство.

Людей нет! Нет хороших, квалифицированных управленцев, которым смело можно было бы доверить ключевые посты в компании. «С одной стороны, их мало как таковых: в стране произошла люмпенизация работников зрелого возраста. А тех молодых людей, которые по всем признакам могли бы проявить себя в качестве успешных менеджеров в сфере малого и среднего бизнеса, у нас отбирают монструозные структуры — «сбербанки», «газпромы» и «раоеэсы», где без особых хлопот и усилий можно получать непропорционально высокую зарплату. И эта проблема, боюсь, долго будет актуальной для всех предпринимателей малого и среднего бизнеса» — сетует Владислав Корочкин.

Не было бы у Корочкина других забот, он наверняка воспитал бы себе менеджеров в требуемых количествах, «вывел» бы на своих гектарах — все-таки селекционер. Но заботы есть — спасибо законодателям. Если упустить момент и не предпринять необходимых мер сегодня, новая версия закона «О семеноводстве», подготовленная Минсельхозом, легко может превратиться в руководство к действию. Эксперты «ОПОРЫ РОССИИ» уверены: законопроект пытается наделить Министерство избыточными полномочиями, при этом полностью игнорируя интересы участников рынка и непомерно увеличивая их издержки. Мало того, документ прямо противоречит действующему федеральному законодательству, в частности, закону «О техническом регулировании». И это как дополнение к тому, что Россия — единственная страна в мире, где существует разрешительная система перемещения семян даже на собственной территории, так что официальное оформление поставки семян из Москвы в Московскую область сегодня может занимать месяц!

— Минсельхоз, похоже, уверен: что хорошо для министерства, сойдет и для сельского хозяйства. Это вообще типично чиновничий подход: оседлать тот или иной поток товаров или денег и зарегулировать его до полусмерти, создать массу барьеров и на каждом из них зарабатывать. У чиновников свой «бизнес» и свой «маркетинг»: чем больше бумаг ты подписываешь, тем больше получаешь. Но самое ужасное, что у нас в роли руководителей отрасли выступают люди, совершенно не знающие рынка! У них менталитет 70-х, так что разговаривать, а тем более спорить, они могут разве что сами с собой или с представителями научных учреждений, которые в своем экономическом мышлении так и остались в безвозвратно ушедшем советском прошлом, — кипятится Корочкин.

Впрочем, глава «Русского огорода» вовсе не отказывается от планов развития экспортного направления в бизнесе и продолжает наращивать мощности: будет строить новый цех, расширять склады и производственную базу на юге России, а это еще десятки, если не сотни рабочих мест. Все верно. За последние полтора десятилетия на российской почве взошло слишком много заграничных семян, так что пора уже задуматься и об ответном ударе.

1- Гетерозисный гибрид первого поколения — гибридное растение, превосходящее родительские (исходные) сорта по урожайности и скороспелости.

Российские огородники выбрали импортный посадочный материал

И, извинившись за непатриотизм, замечает, что даже несмотря на то, что знакомые бизнесмены из этой сферы часто дарят ему семена “лучших сортов” “по знакомству”, всходит из отечественного семенного товара лишь половина. Зато некоторые просроченные английские семена семилетней давности, припомнил Туманов, идут в рост безупречно.

По его словам, проблема комплексная – система селекции, семеноводства и контроля за реализацией семян в стране полностью разлажена. Честно работать невыгодно. Действующий закон “О семеноводстве” устарел. Между участниками рынка и регулятором, Минсельхозом идет многолетняя дискуссия о способах регулирования этого рынка. По словам Туманова, одна часть лоббистов стремится “закрутить гайки”, введя жесткий фитосанитарный контроль и сертификацию за каждым семечком, другая рассматривает эти препятствия как избыточные административные барьеры, которые не изменят погоду. “Про потребителей никто не думает. В этой в сфере присутствует большая доля анархии”, – высказывают свою точку зрения парламентарий. А где нет четких правил, там недобросовестная конкуренция. Абсолютно честные семеноводческие фирмы – первые кандидаты на банкротство, добавляет он.

Пакетик с семенами, на этикетке которого производитель по общему правилу указывает срок реализации, составляет два года. Но при этом о дате сбора урожая семян умалчивается, хотя урожай может быть многолетней давности. “И таких хитростей много”,- говорит Туманов.

Между тем крупные и малые российские семеноводческие компании на рынке приусадебного садоводства обеспечивают необходимыми семенами в овощеводстве и цветоводстве около 20 миллионов домохозяйств. За 20 лет с начала 90-х годов они увеличили доступный россиянам ассортимент семян с примерно 100-150 наименований до 10 000. “Создан высококонкурентный рынок, пришедший на смену прежней системе государственных предприятий “Сортсемовощ”. Ликвидированы многокилометровые весенние очереди граждан за семенами. В некоторых торговых точках продается до 5 000 наименований семян урожайных сортов различных российских производителей”, – рассказывает первый вице-президент “Опоры России”, глава одной из крупнейших научно- производственных корпораций по производству и продаже семян Владислав Корочкин. При этом, семена – единственный продукт розничная цена на которые до сих пор в РФ в 3-4 раза ниже (на все продукты, например, – выше!) чем в Европейских странах, уточняет он. Благодаря конкуренции. Пакетик с семенами огурцов и томатов, редиса и капусты, цветов можно купить от восьми рублей. Причем, в этом году, несмотря на курсовую разницу, особых скачков цен не наблюдается – семена поставщики ввезли в страну еще летом прошлого года, до подорожания доллара и евро.

Читать еще:  Что следует учесть при аренде торгового помещения

“Золотую жилу” разрабатывают тысячи мелких компаний, фермеров, самозанятых граждан.

При этом до 80 процентов семян овощей и цветов российских производителей, как ни парадоксально, сегодня – родом из-за границы. От петрушки и редиски до клубней семенной картошки. С 90-х годов, когда семеноводство перестало получать привычную бюджетную поддержку, практически все традиционные для России семена российские крупные компании (а их около десяти) выращивают в странах с благоприятным климатом, готовой инфраструктурой, “прозрачными” земельными отношениями, высокопроизводительным и дешевым трудом. Зафиксированы контракты в иностранной валюте. Занятость и значительная часть стоимости конечной продукции формируются в других юрисдикциях – странах СНГ, Германии, Голландии, Бельгии. Отечественным делянкам в России уготованы гораздо худшие условия и большие регуляторные издержки, при которых трудно конкурировать с семенами, выращенными за рубежом.

Когда выращенные по контрактам семена уже ввезены в Россию, их оптом раскупают региональные компании, мелкий бизнес, расфасовывая затем в сотни миллионов ярких пакетиков. От их изобилия у граждан сегодня и разбегаются глаза. Однако, по словам Андрея Туманова, две трети стоимости семян сегодня составляет импортная упаковка, выполненная из специальной бумаги, которая не производится в стране, и яркая импортная полиграфия.

Интересно, если еще лет десять назад одного пакета семян с обычными, (не профессиональными гибридами) огородникам хватало на несколько лет, их были сотни, то теперь, зачастую, в пакете умещается по 5-10 семечек.

Уменьшают количество товара распространители и торговцы в зависимости от собственных аппетитов: чтобы остаться в прибыли , желательно закупить партию семян подешевле, а продать подороже.

При этом уж сильно откровенные жулики допускают пересортицу- смешивают по классам и срокам годности, “играют” с названиями несуществующих в природе семян . Что там внутри , непонятно. И хотя практически на каждом пакетике есть и описание и фотография сорта, но не на каждом есть адреса производителей. Тем более если они фальшивые.

“Одно время с помощью фотошопа рекламировали по всей стране многолетнюю морковь, гибрид перца и помидоров, черную розу”,- рассказывает Туманов.

Неинформированные любители экзотики загорались и раскупали для разведения на участках вьющуюся землянику, шпинат- малину, древесные лилии.

Впоследствии, в лабораториях, которым Туманов сдавал на экспертизу “вьющиеся” семена, подтверждали, это степные сорняки или лебеда. В правоохранительных органах, куда с официальными запросами обращался депутат, как правило, отмахивались, мол, борются с бандитами, а не с сорняками. “За 15 лет в стране не возбуждено ни одного уголовного дела по статье мошенничество” – продолжает Туманов.

Пострадавшие в суды о компенсации ущерба не обращаются. В Роспотребнадзор – тоже.

Помогают сегодня, по его словам, обращения напрямую к губернаторам, из регионов которых по весне идет вал фальшивых семян. Белгород, Орел, Смоленск – оттуда мошенников уже вытеснили. Но и сегодня новые старые жулики на шаг впереди. Комфортно чувствуют себя при почтовой рассылке, на мелких рынках вдоль дорог.

К слову, прибыль на этом во многом теневом рынке с ежегодным оборотом в два миллиарда рублей, некоторые эксперты сравнивают с незаконным оборотом наркотиков. Маржа достигает тысячи процентов, если в пакете – сорняк.

Владислав Корочкин не столь категоричен в оценках. Примерно 20 процентов ассортимента, уверяет он, находится на грани рентабельности. Примерно пять процентов продаются заведомо ниже себестоимости!

По его данным, к примеру, показатель всхожести семян для Европы составляет 60 процентов на упаковку. Ведь семена – деликатный товар, их качество во многом зависит от погодных условий, год на год не приходится. Портит посадки и некомпетентность самих огородников, зараженный и некачественный грунт на участках. “Когда всхожесть ниже обычного, добросовестные компании, напротив, на продажу выставляют семена с запасом”,- защищает он коллег. Кроме того, в последние годы многие любители используют на участках готовый здоровый грунт или субстраты, предназначенные для посадки тех или иных сортов. ” В итоге количество рекламаций на плохие семена резко уменьшается “,- поясняет Корочкин. И смотрит на решение проблемы более масштабно.

То, что 80 процентов овощных семян производится сегодня за границей, по его словам, – это общемировая практика. Более того любая крупная производственная семеноводческая компания сейчас мыслит категориями экспорта. Российские тоже не исключение. Но Государственный Реестр селекционных достижений, в котором должны ежегодно “отмечаться” семеноводы на самом деле стал путами на их ногах. При ввозе или вывозе семян необходимо подтверждение факта присутствия сорта в Госреестре. Кроме того по действующей инструкции 20 летней давности семена продолжают оставаться едва ли не единственным товаром, для экспорта и импорта каждой партии которого требуется “живой”, бумажный документ, подписанный непосредственно одним из руководителей федерального министерства.

Сроки отгрузки, справки и другие административные барьеры составляют для российских компаний 10-20 процентов от стоимости партии. Для сравнения, за рубежом система мониторинга и фитосанитарии обходится для аналогичной партии в 100 евро. Такие условия препятствуют экспорту и убивают возможности конкурентной борьбы за потребителя, у которого нет национальности, считает Корочкин. Тем более многие отечественные, в том числе, промышленные российские сорта томатов, огурцов, яблонь, арбузов, несмотря на селекцию 50- летней давности, до сих пор популярны на внешних рынках- то есть вкусны, устойчивы к холодам, вредителям, долгому хранению, болезням.

По его мнению, программа возрождения и поддержки государством семеноводства, о которой сегодня много говорится, целесообразна только при экспортной направленности деятельности российских семеноводческих компаний и формирования экспортно-ориентированной отрасли.

“Экспорт семян нужен государству не столько, как строка бюджетных поступлений, а как критерий конкурентоспособности российских сортов и гарантия непрерывного наличия избыточных количеств семян на территории государства”,- говорит Владислав Корочкин.

С ним согласен глава Национального союза селекционеров и семеноводов Петр Юрков. По его словам, если зерновой генофонд в России все-таки удалось сохранить и на семенах пшеницы, ржи или ячменя международная обстановка сказывается мало, то масштаб овощной семенной зависимости огромен.

Универсальные сорта семян, от укропа и пряностей до элитных клубней картофеля, пока конечно, выгоднее выращивать и везти из Китая или из других стран, но в перспективе необходимо выводить на рынки свои сорта, производить семена по полному циклу, говорит Юрков . Пока в России только 3-4 семеноводческих компании занимаются прикладной наукой, селекцией, которая во всем мире коммерционализирована, а свои открытия иностранные селекционеры и агрономы патентуют, получая премии- роялти.

Возрождение овощеводческого семеноводства в России можно начинать и в рамках программ поддержки малых компаний. “Это малый бизнес в чистом виде”,- говорит Корочкин. В Китае, по его словам, им занимаются несколько тысяч компаний, действуют несколько сотен селекционных станций по выведению новых многоурожайных сортов баклажанов, огурцов томатов, дынь, арбузов, редиса, причем, под свой климат, под традиции и вкусы нации. В России селекция семян по-прежнему сосредоточена на государственных станциях и финансируется за счет госбюджета.

По его словам, тезис о том, что без избытка семян не может быть продовольственной безопасности страны, особенно обострился в этом году, а государственная политика по восстановлению отрасли актуальна как никогда.

Если в этом году рынок семян спасли от резкого подорожания старые запасы, то в будущем цены вырастут. При этом за границей будут закупать более дешевые и менее продуктивные сорта семян, ниже по внешнему виду, вкусовым качествам и хранению.

Что касается регулирования и контроля за оборотом в России качественных семян овощных и цветочных культур, не говоря уже о продукции, предназначенной для “хобби-рынка”, то, как правило, в мире рынок регулируется союзами и ассоциациями компаний через общие требования к маркировке и упаковке, подчеркивает Корочкин.

Иногда, как это сделано в Европе, устанавливаются минимально необходимые требования к продукции, а затем проводят ее выборочный государственный контроль и надзор.

“Никто кроме самого производителя не способен принять на себя ответственность за реальные качества семян”,- заключает Корочкин.

Совет от эксперта

Как не ошибиться при выборе семян?

Главное – известные производители, владельцы известных торговых марок, указанных на пакетике. Производитель должен быть известным, иметь сайт не с сотовым телефоном, а с полным адресом.

Все остальное – вторично. Ответственность и ценность брэнда – единственные настоящие гарантии.

Именно поэтому на профессиональном рынке практически все 100 процентов семян и овощей и цветов экстра качественные. Здесь поставщик вообще не имеет права на ошибку. Просто тут же теряет клиента.

Корочкин Владислав Леонтьевич

Кандидат от некоммерческой организации

Статус: кандидат от некоммерческой организации

Организация: Общероссийская Общественная Организация малого и среднего предпринимательства “ОПОРА РОССИИ”

Направление деятельности: 12. Развитие предпринимательства и реального сектора экономики

Президент Группы компаний «Русский огород» Владислав Леонтьевич Корочкин, начиная с 1996-1997 г.г., стоял у истоков саморегулирования в области семеноводства и селекции сельскохозяйственных растений в Российской Федерации. Инициатор создания в 1997 г. и первый председатель совета директоров Ассоциации Независимых Российских Семенных Компаний (АНРСК), с 2002 г. – Президент Евразийского Союза производителей и продавцов семян. Член Общественного Совета при Министерстве сельского хозяйства РФ.

Существенная часть общественной деятельности В.Л. Корочкина связана с совершенствованием механизмов государственного контроля (надзора) и защитой прав предпринимателей при её осуществлении. В настоящее время он является общественным омбудсменом по защите прав предпринимателей в сферах фитосанитарного, ветеринарного надзора и надзора в области семеноводства, членом рабочей группы по совершенствованию оценки эффективности государственного контроля и надзора подкомиссии по совершенствованию контрольных (надзорных) и разрешительных функций федеральных органов исполнительной власти при Правительственной комиссии по проведению административной реформы. В.Л. Корочкин – один из основателей общероссийской организации малого и среднего предпринимательства “ОПОРА РОССИИ” (2002), первый вице-президент ОПОРЫ РОССИИ по экспертно-аналитической деятельности и вице-президент Некоммерческого Партнерства «ОПОРА». Принимает активное участие в работе по разработке, анализу и корректировке проектов федеральных законов, подзаконных актов, в организации анализа эффективности их применения и мониторинга текущей ситуации в сфере организации и осуществления предпринимательской деятельности в России. Помимо общефедеральных вопросов, В.Л. Корочкин активно участвует практически во всех сферах аналогичной деятельности на уровне своего субъекта Российской Федерации – Московской области. Он является председателем Московского областного регионального отделения ОПОРЫ РОССИИ, Вице-президентом Торгово-промышленной палаты Московской области, а также сопредседателем Общественного Совета при УФАС и членом Общественного Совета при Прокуратуре Московской области, член комиссии Правительства РФ по миграционной политике.

Женат, имеет троих детей.

Общероссийская Общественная Организация малого и среднего предпринимательства “ОПОРА РОССИИ”

Общероссийская Общественная Организация малого и среднего предпринимательства ОПОРА РОССИИ

Цели организации ОПОРА РОССИИ -содействие консолидации субъектов малого и среднего предпринимательства и иных граждан для участия в формировании благоприятных политических, экономических, правовых и иных условий развития предпринимательской деятельности в Российской Федерации

– содействие эффективному взаимодействию малого и среднего предпринимательства с органами государственной власти Российской Федерации; содействие модернизации и инновационному развитию российской экономики;

– содействие развитию сотрудничества между предпринимательскими организациями во всем мире.

– задачи – осуществлять разработку и общественную экспертизу проектов нормативных правовых актов, в области предпринимательской деятельности и экономики;проводить форумы, конференции, конгрессы, круглые столы, выставки, семинары, как самостоятельно, так и совместно с органами государственной власти, некоммерческими организациями;

– содействовать взаимодействию предпринимательского сообщества за рубежом, в том числе в целях обмена опытом организует поездки представителей российского предпринимательства за рубеж и прием зарубежных делегаций на территории Российской Федерации.

Деятельность организации соответствует целям и задачам организации, реализуемые проекты и программы:

Отчет «ОПОРЫ РОССИИ» о состоянии предпринимательского климата в российских регионах «Индекс «ОПОРЫ»,

Национальной предпринимательской премии «Бизнес-Успех»,

Межрегиональный форум для предпринимателей «Территория бизнеса – территория жизни»;

Утверждена стратегия развития малого и среднего предпринимательства до 2030 г.

Организация нулевых чтений законопроектов, направленных на изменение условий хозяйствования предприятий малого и среднего бизнеса, установление и отмену новых обязательных требований, правил существования контрольно-надзорной дейятельности, снижения коррупционных риков, создание благоприятного инвестиционного и бизнес климата в соответствии с указами и поручениями Президента РФ.

Любое использование материалов допускается только при соблюдении соглашения об использовании материалов и при наличии гиперссылки на 2017.oprf.ru.

© 2020 Общественная палата Российской Федерации

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector