Как русский программист сумел заработать миллион долларов на хобби

Как русский программист сумел заработать миллион долларов на хобби

Программисты из России ускорили интернет и заработали $670 млн

  • © www.forbes.ru

Веб-сервер Nginx менее чем за десять лет прошел путь от любительского проекта разработчика Игоря Сысоева до компании, которую для сделки с американской F5 оценили почти в 26 годовых выручек. Что в ее технологии привлекает клиентов — Netflix, Facebook, Apple, «Яндекс» и тысячи других?

В 2012 году старший партнер и сооснователь фонда венчурного фонда Runa Capital Сергей Белоусов в интервью Forbes предполагал, что через десять лет небольшая на тот момент компания Nginx сможет выйти на оборот в $1 млрд. Прогноз пока не сбылся, но Nginx — мировой лидер рынка веб-серверов — на пути к большой цели: сервисом пользуются корпоративные гиганты масштаба Netflix, Airbnb и Instagram, а в совокупности его технологии заложены в логику работы 60% из 100 000 самых посещаемых сайтов планеты. 11 марта 2019 года проект, основанный российскими программистами, за $670 млн приобрела американская компания F5 Networks. Forbes вместе с основателями и инвесторами Nginx, и экспертами вспомнил путь компании от любительской разработки до большого бизнеса и узнал, что будет с технологией под крылом нового владельца.

От хобби к мировой гегемонии

Идею Nginx Игорь Сысоев придумал в свободное от основной работы время. Программист в «Рамблере», за код веб-сервера он взялся в начале 2000-х. Интернет оживал после взрыва «пузыря доткомов» и «очень быстро рос, правда, сайты работали с перебоями», вспоминает Сысоев в интервью Forbes.

Большинство ресурсов на тот момент работали на веб-сервере Apache — программе, написанной группой американских студентов. Она позволяла распределить нагрузку на сайт так, чтобы им могло одновременно пользоваться большое число посетителей. Однако Apache был рассчитан всего на пару тысяч посетителей одновременно. Пользователи могли запускать сотни разных процессов: кто-то — загружать медиа-файлы, кто-то — открывать сайт и оставлять во вкладке, — но каждый из процессов занимал большой объем памяти на сервере. Чтобы дать подключение другим посетителям, приходилось задействовать дополнительные сервера.

Из-за роста нагрузки подключение становилось более медленным и менее надежным: при внезапных всплесках трафика сайт «падал», а для восстановления работы требовались часы или даже дни. Решения проблемы были очень дорогими и ненадежными, вспоминает Сысоев.

Альтернативу им он и решил создать в свободное от работы в «Рамблере» время. Веб-сервер, получивший название Nginx, также мог запускать несколько процессов параллельно, но при этом перераспределять нагрузку так, чтобы обслуживать до 10 000 запросов одновременно. Этот результат обеспечивал фиксированный объем памяти всех веб-серверов, который не зависел от количества подключений.

Код Сысоев выложил на собственный сайт. Продукт быстро заметили потенциальные клиенты — вскоре им стали пользоваться популярные ресурсы, например, сайты знакомств Rate.ее и Mamba, а также музыкальный портал «Звуки.ру». Создателю сервиса стало трудно в одиночку справляться с поддержкой программы, и в 2011-м он уволился из «Рамблера», и вместе с бывшим коллегой Максимом Коноваловым и сотрудником «Комстар-ОТС» Андреем Алексеевым основал компанию Nginx.

Сеть будто заждалась альтернативы Apache — рост популярности проекта был лавинообразным: уже в 2012-м примерно четверть из 200 млн самых посещаемых сайтов планеты перешли с Apache на Nginx. Среди пользователей программы оказались и международные корпорации, например, Netflix и Facebook, и российские ИТ-гиганты, например, «Яндекс» и «ВКонтакте».

По состоянию на начало 2019 года Nginx обогнал Apache во всех топовых сегментах: по оценке W3Techs, софт от российских разработчиков используют 59% из топ-1000 самых популярных в мире сайтов, 67% — из топ-10000 и 50% — из миллиона ресурсов-лидеров по посещаемости. Доля других веб-серверов снижается год от года. И хотя пока во всем интернете Nginx используют 41% против 44%, которые работают на Apache, уже к концу года пропорция изменится в пользу проекта от команды Сысоева, прогнозирует старший инвестиционный менеджер Runa Capital Константин Виноградов.

От open source к монетизации

«80% оборота, который находится в диапазоне $0,5-1 млн, компании приносит техническая поддержка Nginx, и возможности роста здесь, скорее всего, невелики. 20% — разработка версий программы для конкретных заказчиков, среди которых Netflix, большая телекоммуникационная компания и правительственная структура», — рассказывал Forbes сооснователь и операционный директор Nginx Максим Коновалов в 2012 году.

С тех пор компания многое сделала для того, чтобы Nginx развивался не только как open source, но и как коммерческий проект. Для развития бизнеса команда в первую очередь решила встроить в программу дополнительные возможности: Nginx Plus принимал трафик, внедрял средства защиты, а затем перенаправлял трафик на серверы приложений. «Чтобы обеспечить предприятиям возможность масштабирования в интернете, в 2012 году мы начали работать над коммерческим решением Nginx и в конце августа 2013 года запустили его как Nginx Plus, — рассказывает Сысоев. — Этот продукт, созданный и поддерживаемый командой инженеров во главе с моим партнером Максимом Коноваловым, по сей день обеспечивает более 90% наших доходов».

По просьбе Forbes основатели Nginx раскрыли выручку компании за 2018 год — показатель составил $26 млн, на 65% больше, чем в 2017-м. Таким образом, проект заработал в прошлом году в 25,8 раза меньше суммы сделки с F5.

Ключевой критерий привлекательности Nginx как объекта для поглощения — востребованность программы в ИТ-экосистемах крупных компаний. «Теперь у нас тысячи клиентов. Более 150 компаний из рейтинга Forbes Global 2000 (рейтинг крупнейших публичных компаний мира — прим. ред.) используют платную версию Nginx Plus для доставки своих приложений. Эти невероятные цифры были достигнуты менее чем за шесть лет», — гордится Сысоев.

На Nginx работают почти все привычные массовой аудитории популярные сайты, кроме ресурсов Microsoft и Google, — Facebook, Instagram, Netflix, Apple, «Яндекс», «ВКонтакте» и многие другие, перечисляет Виноградов из Runa Capital.

При этом не все крупные клиенты пользуются Nginx Plus, подчеркивает инвестор: например, Facebook работает с бесплатной версией продукта. «У Facebook и так огромный штат своих разработчиков, которые самостоятельно кастомизировали веб-сервера Nginx. Таким интернет корпорациям нет смысла приобретать платные версии», — рассуждает управляющий партнер и основатель российского хостинг-провайдера RUVDS Никита Цаплин.

Среди известных платных клиентов Nginx — фотосервис Photoshop Adobe, издание BuzzFeed, сервис скидок Groupon, система управления сайтом WordPress и нидерландский финансовый конгломерат ING Group, добавляет Виноградов. Стоимость Nginx Plus составляет от $2500 до $5000. По факту подписка обходится дороже, потому что указанные суммы клиенты платят за «экземпляр» — копию софта, работающего на одном физическом или виртуальном сервере. Большинству клиентов требуется от двух и более подписок, чтобы обеспечить бесперебойную работу сайтов с высокой нагрузкой. Детали соглашений с партнерами компания не раскрывает.

От $3 млн к $670 млн

За восемь лет существования Nginx как бизнеса компания привлекла более $100 млн инвестиций. Первым и самым важным для развития проекта инвестором стал Сергей Белоусов из Runa Capital. Он не просто вложил в компанию средства, а еще и убедил основателей в перспективах их собственного продукта. Именно под влиянием Белоусова Сысоев, Коновалов и их команда ушли с предыдущих мест работы. Также менеджер Runa привел в компанию бывшего вице-президента американской Red Hat Гаса Робертсона — вплоть до сделки с F5 тот занимал в Nginx позицию генерального директора.

В первом раунде инвестиций в 2011 году вместе с Runa также участвовали фонды e.ventures и MSD. В совокупности они вложили $3 млн и получили чуть больше 35% долей Nginx. Еще 15-20% тогда оставили на опционы сотрудникам, остальное составляли доли основателей.

Позднее основным инвестиционным партнером Nginx стал американский венчурный фонд NEA. В 2013-м, 2014-м и 2017-м годах фонд вложил в компанию $10 млн, $20 млн и $14 млн соответственно. В 2016-м еще $14 млн Nginx привлек от Telstra и Blue Cloud. Последний раунд прошел в 2018 году: венчурное подразделение Goldman Sachs и NEA вложили в компанию $43 млн.

Эти ресурсы позволили Nginx вырасти из компании десяти программистов, ютящихся в московском офисе, в глобального игрока с офисами в Сингапуре, США и Ирландии. 250 сотрудников проекта теперь занимаются не только писанием кода, но и продажами, маркетингом, техподдержкой и управлением продуктами.

F5 — компания с годовой выручкой в $2,2 млрд — вышла на Nginx в конце 2018 года, «чтобы обсудить возможное партнерство», вспоминает Коновалов. «У Nginx оказалось множество комплиментарных функций, чтобы превратить это [партнерство] в нечто большее», — добавляет он.

В итоге за несколько месяцев стороны договорились о параметрах сделки. За $670 млн F5 выкупила все акции Nginx, в том числе те, что принадлежали Runa Capital. Насколько успешным для фонда получился выход из проекта, представители Runa не раскрыли. Основатели Nginx также не комментируют детали сделки.

От независимости к синергии

F5 Networks — лидер на рынке решений балансировки нагрузок сайтов и ускорения приложений, ее технологии по задачам близки с продуктом Nginx Plus. «Пока слишком рано обсуждать конкретные планы по будущим совместным продуктам», — отмечает Максим Коновалов. По его словам, сделка может приблизить F5 «к решению задачи, с которой сталкиваются многие клиенты Nginx». «Большинство компаний имеют несовместимые сервисы и приложения от разных поставщиков. Это небезопасно: ими трудно управлять, что приводит к нестабильной среде. Все приложения должны быть защищены от такого риска и при этом оставаться управляемыми для масштабирования в больших и сложных средах», — объясняет сооснователь Nginx.

И Nginx, и F5 будут полезны друг другу — у компаний есть совершенно новые для другой стороны сделки области знаний, уверен он: «Nginx — лидер на рынке веб-серверов и кэширования контента, а также новатор в области интерфейсов API и Kubernetes, в которых F5 исторически не имел компетенции. F5 же привнесет свой опыт в области безопасности приложений, защиты от ботов и DDoS-атак».

По условиям договора, F5 не станет закрывать исходный код Nginx, продолжит поддерживать команду разработчиков и сохранит лицензию на использование платных продуктов и бренд Nginx. «В долгосрочной перспективе мы ожидаем увеличения инвестиций в разработку открытого исходного кода и расширения сообщества программистов, которые будут его дополнять и развивать», — утверждает Игорь Сысоев.

Когда корпорации покупают лидирующие проекты в индустрии, закрывать код совсем не является необходимым условием для реализации стратегии, рассуждает директор по инвестициям международного венчурного фонда Maxfield Capital Алексей Тукнов. «Интерес, конечно же, не только прямой финансовый, но и синергитический, в том числе и в платном расширении функционала за счет продуктов корпораций», — поясняет эксперт. Примеры, когда проекты с открытым кодом находили эффективную модель монетизации, не так уж редки, отмечает он: один из самых известных кейсов — Mozilla Foundation (разработчик браузера Firefox), организация монетизировала встроенный поиск через контракты c Google и Yahoo, оцениваемые в несколько сотен миллионов долларов в год. Другой пример — открытая операционная система Red Hat, которую IBM купила за $34 млрд.

Впрочем, повторить уникальную историю успеха Nginx под силу далеко не каждому проекту, говорит Константин Виноградов из Runa Capital. «Многие компании хотят развиваться по подобной траектории, но мало у кого получается. Во-первых, команда основателей обладала феноменальными техническим компетенциями, за счет которых Игорь [Сысоев] и его партнеры построили выдающийся продукт. Во-вторых, основатели имели по-настоящему глобальные амбиции», — заключает инвестор.

Как программист сумел заработать миллион долларов на хобби

В углу большой мрачноватой комнаты без мебели сидит за компьютером худой мужчина лет сорока. Плотно сжав губы и пронзительно глядя в экран, будто хочет прожечь его насквозь, он постукивает по клавишам. За последние полтора года бывший сисадмин «Рамблера» основал собственную компанию и почти стал миллионером, но кабинета и приемной с секретаршей у него нет и не будет. Зачем? Сысоев с инвесторами и клиентами не общается, телефоном не пользуется в принципе. Если верить хрестоматийному образу стартапера, умеющего увлекать и убеждать, то Игорь — образец человека, которому предпринимательство вообще не светит. И тем не менее венчурные инвесторы три года упорно уговаривали его начать свой бизнес, а те, кто опоздал, до сих пор пытаются вскочить в уходящий поезд и получить хоть небольшой пакет его компании NGINX («Энджин-икс»). Что их так заинтересовало?

Проблема, решение которой сделало Сысоева предпринимателем против его воли, увлекла его лет 10 назад. Интернет тогда рос сумасшедшими темпами — с 1990-го по 2000 год количество пользователей увеличилось примерно в 260 раз. Добавьте к этому рост активности каждого из них. Сайты не справлялись с нагрузкой и висли, программисты ломали голову над проблемой. В 1995 году группа студентов американских университетов сообща написала программу-веб-сервер под названием Apache, умеющую, если объяснять «на пальцах», распределять ресурсы сервера так, чтобы одновременно обслуживать много приходящих на размещенные на нем сайты пользователей. Но через несколько лет высоконагруженным сайтам и этого перестало хватать. Что делать? Всем срочно покупать новые более мощные серверы или… придумать что-то новенькое. Игорь Сысоев придумал. За два года он написал программу под названием NGINX, которая совершила чудо: позволила, ничего не покупая, увеличить количество обслуживаемых сервером пользователей на порядок, а порой и на несколько. Сейчас из 200 млн активных сайтов глобальной сети примерно четверть самых посещаемых, в том числе Facebook, «Яндекс», «ВКонтакте», используют программу Сысоева. Apache по-прежнему самый популярный веб-сервер в мире, но NGINX растет и в этом году идет ноздря в ноздрю с веб-сервером IIS от Microsoft, то обгоняя его, то отставая на доли процента. А из нескольких миллионов сайтов Рунета NGINX применяют больше половины.

Штука в том, что путь от миллионов пользователей до миллионов долларов в кармане не близкий и совсем не очевидный, особенно в интернете. И американский Apache, и русский NGINX — программы бесплатные. Кто угодно может их использовать по своему усмотрению и как угодно переделывать. И есть масса примеров, когда изобретатель чего-то суперпопулярного в сети так и оставался ни с чем: тот же Деннис Ритчи, изобретатель языка Си, о котором говорили «если взять микроскоп и заглянуть в компьютер, вы повсюду увидите Ритчи», умер не только не разбогатев, но и по несчастливой случайности одновременно со Стивом Джобсом, поэтому совершенно незамеченным. Да и сам Apache, если смотреть в целом, тоже не машина для зарабатывания денег: соообщество разработчиков Apache Foundation живет на добровольные пожертвования. То, что с NGINX дело пошло по-другому, связано прежде всего с характером его создателя.

Читать еще:  Московская инвестиционно-строительная компания собирается построить отель стоимостью $10-15 млн в Петродворце.

Алма-Ата, где провел детство Сысоев, не стояла на переднем крае технологий. Когда Игорю было 15, в Доме пионеров появился первый компьютер, и школьников повели смотреть диковинку. Сысоев — человек сдержанный: «Я подумал: на хрен мне это надо? Однако пошел. Ничего особенно интересного». «Железом» Игорь не увлекся, зато погрузился в странную игру, предвестник будущей работы: решал на калькуляторе задачу «Полет с Луны на Землю» из журнала «Техника молодежи». «Ты выбираешь скорость, направление движения, вбиваешь в формулу — и получаешь несколько чисел на однострочном мониторе. Это твое положение в пространстве. Задача — не уйти с маршрута». «Это очень интересно», — на всякий случай поясняет Сысоев. Вот так он и выбрал специальность.

После МГТУ им. Баумана, сменив пару мест работы и убедившись, что нет ничего хуже, чем руководить коллективом, Сысоев в 2000 году пришел в Rambler на должность системного администратора. «Мне сказали: это крутой парень, очень сильный, бери», — рассказывает Игорь Ашманов, в то время директор «Рамблера» по разработке. В Rambler программистам давали свободу: ты делаешь свое дело, а в остальное время можешь развлекаться — по-своему, по-программистски. «Задача хорошего сисадмина в том, чтобы сделать себя ненужным, — объясняет Сысоев. — Чтобы все работало без его вмешательства». Он наладил работу и начал развлекаться по полной: в то время у него возник «сильный личный интерес» к проблеме высокой загруженности серверов. Хотя проблема напрямую касалась и «Рамблера», о работе Игоря мало было известно: «Я решал проблему, которую сам себе поставил, без дедлайна. Это было хобби в чистом виде, я всегда мог остановиться и подумать как следует, прежде чем идти дальше». «Если бы Rambler представлял себе тогда, что из этого выйдет, наверное, наложил бы лапу», — усмехается совладелец небольшой софтверной компании Алексей Тутубалин, тогдашний сослуживец Сысоева.

«Идея витала в воздухе, и я просто взялся ее реализовать», — Сысоев объясняет ход жизни логикой, а не исключениями из нее. «Из воздуха» он извлек вот что: в отличие от Apache решил не выделять для каждого посетителя сайта фиксированный объем памяти и мощности процессора, а постоянно перераспределять ресурсы в зависимости от ситуации. Если, например, у посетителя медленный dial-up, незачем давать ему большие мощности, он их все равно не использует. Если он открыл страницу сайта и пошел пить кофе — тем более. В 2002-м Сысоев начал писать — на работе, дома, днем, ночью. У программистов ведь тоже вдохновение, говорит он: «Две недели пишется, а потом месяц ну просто не идет. Мозг отказывается работать».

Сысоев нашел компромисс. «Apache — это как большой и тяжелый швейцарский нож, где есть отвертки, пилочки, все что угодно. Куча функций, но программа очень большая, — объясняет Андрей Алексеев, отвечающий в NGINX за развитие бизнеса и, поскольку обладает даром слова, за связи с внешним миром. — Были тогда и веб-серверы совсем узкие, как шило, — им даже винт не открутишь, потому что это шило». NGINX же получился компактный, но универсальный. К 2004-му появилась первая готовая версия продукта. Сысоев никак не продвигал ее. Первыми пользователями стали случайно узнавшие о ней владельцы сайта «Звуки.ру», затем ее стал применять Rambler, и NGINX начал раскручивать себя сам.

К 2008 году изобретение Сысоева безо всякой маркетинговой поддержки заняло 0,5% мирового рынка веб-серверов. А Сысоев меж тем по-прежнему оставался главным и практически единственным экспертом по своей разработке. Характерна его личная страничка в Сети. Из «человеческого» — скупые сведения, что родился в 1970-м в Алма-Ате, учился там-то, переехал в Москву. Из внекомпьютерного — пост про смену часовых поясов с обилием цифр и расчетами, в каком варианте мы теряем больше светлых часов. Все остальное — ответы пользователям про NGINX. А вот на серьезные вопросы программистов «почему вы сделали так, а не эдак», автор не отвечал. «Никогда этого не делаю, — с глубокой убежденностью говорит Сысоев. — Чтобы ответить корректно и исчерпывающе, нужно очень много времени. А отвечать просто так я не могу». Комьюнити, обычного для программ open source, вокруг NGINX так и не возникло, и инвесторам, которым стал к тому времени интересен NGINX, оставалось обратиться к самому Сысоеву.

Но не лучше ли было тем же инвесторам заняться Apache? Когда-то отцов-основателей Apache было два десятка, но постепенно их сообщество разрослось до несколько сотен человек со всех уголков земли, от Кейптауна до Монголии. «Apache не может быть коммерциализован, у него нет единого центра, и потом, нас просто слишком много», — объясняет Forbes один из разработчиков, 55-летний Жак Леру, живущий у моря неподалеку от Марселя. Но отсутствие «центра» не мешает тому же Леру жить за счет Apache: он примкнул к фонду «из чистого любопытства» 8 лет назад и сейчас зарабатывает, поддерживая и дорабатывая созданную на основе Apache программу OFBiz. И это один из сотни подобных проектов, не считая гиганта Red Hat с оборотом более $10 млрд: хотя среди его владельцев числится один из основателей Apache, прямой связи заработков компании с этим фактом нет.

«Инвесторы (в основном американские фонды среднего эшелона) начали писать мне письма с 2008 года — предлагали встретиться и обсудить возможность сделать бизнес. Обычно я не отвечал ничего, поскольку не знал, что ответить, — железно аргументирует Сысоев. — Во-первых, мне всегда хватало денег. Машина в семье есть, где жить, тоже — что еще надо? А во-вторых, нужно было психологически привыкнуть к тому, что появилась новая возможность». Привыкание шло «абсолютно внутри себя», даже жена не догадывалась: «Я ее просто в такие вещи не посвящаю, ставлю перед фактом, когда все решено».

Человеком, который совершил переворот в его сознании, оказался, по словам Сысоева, Сергей Белоусов из Runa Capital. Впрочем, к моменту их встречи в конце 2010 года Сысоеву уже трудно было единолично поддерживать свою программу, и сама жизнь толкала его к компромиссу.

«Логика в том нашем разговоре не работала, — вспоминает Белоусов. — С этой позиции все было слишком очевидно. Речь шла об ощущениях Игоря, ему нужно было все это принять. Кстати, дело не закончено, ему еще со многим предстоит смириться в будущем». «Ну да, он сложный, — признает Белоусов. — А простых людей много — только вот что с ними делать?»

Сысоев решился. Весной 2011 года они вместе с будущим операционным директором компании Максимом Коноваловым ушли из «Рамблера», тогда же уволился из «Комстар-ОТС» Андрей Алексеев. Прыжков в неизвестность Игорь, хотя и катается на горных лыжах, не любит: еще до увольнения с будущими инвесторами был подписан так называемый term sheet, в котором описывалось, какую долю в еще не существующей компании они получат в обмен на $3-миллионные инвестиции. С Runa Capital связи в тот момент не было — инвесторами пообещали выступить фонды BV Capital (ныне e.Ventures) и Greycroft, специализирующийся на цифровых медиа и в свое время вложившийся в Huffington Post.

Жестких обязательств фонды на себя не брали. Когда летом программисты создали компанию (на это ушло несколько сотен тысяч рублей собственных сбережений Сысоева и Коновалова), Greycroft отпал, но вместо него пришла Runa. Общая сумма сделки не изменилась. Основным инвестором стал фонд BV Capital, чуть меньше вложила Runa, к пулу присоединился также личный фонд Майкла Делла. Все средства идут на операционные расходы: 90% — зарплата программистов (сейчас их десяток), следующая статья — аренда офиса, пустынной квартиры на Остоженке, где помимо сысоевского рабочего угла оборудовано еще несколько таких же.

Структура сделки типична для Америки, не такая агрессивная, как здесь, признает Андрей Алексеев: «Фонды получили чуть больше 35%, 15–20% оставили на опционы сотрудникам, остальное — доля Игоря и по чуть-чуть у меня и Макса». Сысоев, кстати, не главный, он технический директор. Его задача — делать новую версию NGINX-2 и общаться с заказчиками «по чисто техническим вопросам». А остальные члены команды дорабатывают первую версию. «Отобрать ее у Игоря было тяжело, — вздыхает Андрей. — Долго боролись с ним на эту тему — ну все, кончай уже, расслабься!»

Выстроится ли очередь клиентов перед дверью квартиры на Остоженке? Сергей Белоусов уверенно говорит о миллиардном обороте через 10 лет, но и сам пока не знает конкретных рамок рынка, на который выйдет NGINX. Пока нет даже операционной безубыточности — ее ждут в следующем году. Участник «Общества Апачей» Жак Леру считает перспективы NGINX очень неплохими. Штука в том, что в NGINX еще не решили даже, останется ли вторая версия бесплатной и будет ли распространяться с открытым кодом (это возможность для любого программиста ее дорабатывать). Сейчас 80% оборота, который находится, по словам Коновалова, в диапазоне $0,5–1 млн, компании приносит техническая поддержка NGINX, и возможности роста здесь, скорее всего, невелики. 20% — разработка версий программы для конкретных заказчиков, среди которых Netflix, большая телекоммуникационная компания и правительственная структура.

Задача же в том, чтобы сделать наоборот: получать 80% доходов от разработки и 20% от поддержки. Компания не слишком рассчитывает на российских покупателей. «Из-за нашей популярности в России все здесь слишком хорошо научились сами работать с NGINX. И потом, идея «доплачивать за бесплатное» для наших — культурный шок», — рассуждает Коновалов. Впрочем, руководитель отдела эксплуатации поисковых сервисов «Яндекса» Анатолий Лебедев признает: «Нам важно, что часть задач по доработке NGINX мы можем поручить этой команде. Это гибкий продукт, и то, что мы продолжаем им пользоваться, — показатель нашей удовлетворенности». И все же главная цель NGINX — Америка. До сих пор на Североамериканском континенте у компании был всего один сотрудник, однако в этом году Коновалов открывает в Калифорнии офис NGINX, где будет трудиться целая группа «продавцов». Но разработка останется в России.

Максим Коновалов признается, что уже было несколько предложений купить акции по цене в несколько раз выше первоначальной. «Мы не миллионеры, — прикидывает Коновалов. — Но Игорь, по идее, мог бы им стать. Если бы захотел». Однако Сысоев в своем углу дописывает вторую версию NGINX и на пустяки не отвлекается. К декабрю все будет готово, а смежники не подведут, потому что их просто нет.

Как русский программист сумел заработать миллион долларов на хобби

В начале 2000-х Игорь Сысоев, тогда системный администратор «Рамблера», развлекал себя на работе тем, что писал программу под названием NGINX. К началу 2010-х она сделала его без пяти минут миллионером

В углу большой мрачноватой комнаты без мебели сидит за компьютером худой мужчина лет сорока. Плотно сжав губы и пронзительно глядя в экран, будто хочет прожечь его насквозь, он постукивает по клавишам. За последние полтора года бывший сисадмин «Рамблера» основал собственную компанию и почти стал миллионером, но кабинета и приемной с секретаршей у него нет и не будет. Зачем? Сысоев с инвесторами и клиентами не общается, телефоном не пользуется в принципе. Если верить хрестоматийному образу стартапера, умеющего увлекать и убеждать, то Игорь — образец человека, которому предпринимательство вообще не светит. И тем не менее венчурные инвесторы три года упорно уговаривали его начать свой бизнес, а те, кто опоздал, до сих пор пытаются вскочить в уходящий поезд и получить хоть небольшой пакет его компании NGINX («Энджин-икс»). Что их так заинтересовало?

Проблема, решение которой сделало Сысоева предпринимателем против его воли, увлекла его лет 10 назад. Интернет тогда рос сумасшедшими темпами — с 1990-го по 2000 год количество пользователей увеличилось примерно в 260 раз. Добавьте к этому рост активности каждого из них. Сайты не справлялись с нагрузкой и висли, программисты ломали голову над проблемой. В 1995 году группа студентов американских университетов сообща написала программу-веб-сервер под названием Apache, умеющую, если объяснять «на пальцах», распределять ресурсы сервера так, чтобы одновременно обслуживать много приходящих на размещенные на нем сайты пользователей. Но через несколько лет высоконагруженным сайтам и этого перестало хватать. Что делать? Всем срочно покупать новые более мощные серверы или… придумать что-то новенькое. Игорь Сысоев придумал. За два года он написал программу под названием NGINX, которая совершила чудо: позволила, ничего не покупая, увеличить количество обслуживаемых сервером пользователей на порядок, а порой и на несколько. Сейчас из 200 млн активных сайтов глобальной сети примерно четверть самых посещаемых, в том числе Facebook, «Яндекс», «ВКонтакте», используют программу Сысоева. Apache по-прежнему самый популярный веб-сервер в мире, но NGINX растет и в этом году идет ноздря в ноздрю с веб-сервером IIS от Microsoft, то обгоняя его, то отставая на доли процента. А из нескольких миллионов сайтов Рунета NGINX применяют больше половины.

Алма-Ата, где провел детство Сысоев, не стояла на переднем крае технологий. Когда Игорю было 15, в Доме пионеров появился первый компьютер, и школьников повели смотреть диковинку. Сысоев — человек сдержанный: «Я подумал: на хрен мне это надо? Однако пошел. Ничего особенно интересного». «Железом» Игорь не увлекся, зато погрузился в странную игру, предвестник будущей работы: решал на калькуляторе задачу «Полет с Луны на Землю» из журнала «Техника молодежи». «Ты выбираешь скорость, направление движения, вбиваешь в формулу — и получаешь несколько чисел на однострочном мониторе. Это твое положение в пространстве. Задача — не уйти с маршрута». «Это очень интересно», — на всякий случай поясняет Сысоев. Вот так он и выбрал специальность.

Читать еще:  Налогообложение ИП — какие налоги и обязательные платежи (фиксированные страховые взносы) платит ИП за себя и работников в 2018 году

После МГТУ им. Баумана, сменив пару мест работы и убедившись, что нет ничего хуже, чем руководить коллективом, Сысоев в 2000 году пришел в Rambler на должность системного администратора. «Мне сказали: это крутой парень, очень сильный, бери», — рассказывает Игорь Ашманов, в то время директор «Рамблера» по разработке. В Rambler программистам давали свободу: ты делаешь свое дело, а в остальное время можешь развлекаться — по-своему, по-программистски. «Задача хорошего сисадмина в том, чтобы сделать себя ненужным, — объясняет Сысоев. — Чтобы все работало без его вмешательства». Он наладил работу и начал развлекаться по полной: в то время у него возник «сильный личный интерес» к проблеме высокой загруженности серверов. Хотя проблема напрямую касалась и «Рамблера», о работе Игоря мало было известно: «Я решал проблему, которую сам себе поставил, без дедлайна. Это было хобби в чистом виде, я всегда мог остановиться и подумать как следует, прежде чем идти дальше». «Если бы Rambler представлял себе тогда, что из этого выйдет, наверное, наложил бы лапу», — усмехается совладелец небольшой софтверной компании Алексей Тутубалин, тогдашний сослуживец Сысоева.

«Идея витала в воздухе, и я просто взялся ее реализовать», — Сысоев объясняет ход жизни логикой, а не исключениями из нее. «Из воздуха» он извлек вот что: в отличие от Apache решил не выделять для каждого посетителя сайта фиксированный объем памяти и мощности процессора, а постоянно перераспределять ресурсы в зависимости от ситуации. Если, например, у посетителя медленный dial-up, незачем давать ему большие мощности, он их все равно не использует. Если он открыл страницу сайта и пошел пить кофе — тем более. В 2002-м Сысоев начал писать — на работе, дома, днем, ночью. У программистов ведь тоже вдохновение, говорит он: «Две недели пишется, а потом месяц ну просто не идет. Мозг отказывается работать».

Сысоев нашел компромисс. «Apache — это как большой и тяжелый швейцарский нож, где есть отвертки, пилочки, все что угодно. Куча функций, но программа очень большая, — объясняет Андрей Алексеев, отвечающий в NGINX за развитие бизнеса и, поскольку обладает даром слова, за связи с внешним миром. — Были тогда и веб-серверы совсем узкие, как шило, — им даже винт не открутишь, потому что это шило». NGINX же получился компактный, но универсальный. К 2004-му появилась первая готовая версия продукта. Сысоев никак не продвигал ее. Первыми пользователями стали случайно узнавшие о ней владельцы сайта «Звуки.ру», затем ее стал применять Rambler, и NGINX начал раскручивать себя сам.

К 2008 году изобретение Сысоева безо всякой маркетинговой поддержки заняло 0,5% мирового рынка веб-серверов. А Сысоев меж тем по-прежнему оставался главным и практически единственным экспертом по своей разработке. Характерна его личная страничка в Сети. Из «человеческого» — скупые сведения, что родился в 1970-м в Алма-Ате, учился там-то, переехал в Москву. Из внекомпьютерного — пост про смену часовых поясов с обилием цифр и расчетами, в каком варианте мы теряем больше светлых часов. Все остальное — ответы пользователям про NGINX. А вот на серьезные вопросы программистов «почему вы сделали так, а не эдак», автор не отвечал. «Никогда этого не делаю, — с глубокой убежденностью говорит Сысоев. — Чтобы ответить корректно и исчерпывающе, нужно очень много времени. А отвечать просто так я не могу». Комьюнити, обычного для программ open source, вокруг NGINX так и не возникло, и инвесторам, которым стал к тому времени интересен NGINX, оставалось обратиться к самому Сысоеву.

Но не лучше ли было тем же инвесторам заняться Apache? Когда-то отцов-основателей Apache было два десятка, но постепенно их сообщество разрослось до несколько сотен человек со всех уголков земли, от Кейптауна до Монголии. «Apache не может быть коммерциализован, у него нет единого центра, и потом, нас просто слишком много», — объясняет Forbes один из разработчиков, 55-летний Жак Леру, живущий у моря неподалеку от Марселя. Но отсутствие «центра» не мешает тому же Леру жить за счет Apache: он примкнул к фонду «из чистого любопытства» 8 лет назад и сейчас зарабатывает, поддерживая и дорабатывая созданную на основе Apache программу OFBiz. И это один из сотни подобных проектов, не считая гиганта Red Hat с оборотом более $10 млрд: хотя среди его владельцев числится один из основателей Apache, прямой связи заработков компании с этим фактом нет.

«Инвесторы (в основном американские фонды среднего эшелона) начали писать мне письма с 2008 года — предлагали встретиться и обсудить возможность сделать бизнес. Обычно я не отвечал ничего, поскольку не знал, что ответить, — железно аргументирует Сысоев. — Во-первых, мне всегда хватало денег. Машина в семье есть, где жить, тоже — что еще надо? А во-вторых, нужно было психологически привыкнуть к тому, что появилась новая возможность». Привыкание шло «абсолютно внутри себя», даже жена не догадывалась: «Я ее просто в такие вещи не посвящаю, ставлю перед фактом, когда все решено».

Человеком, который совершил переворот в его сознании, оказался, по словам Сысоева, Сергей Белоусов из Runa Capital. Впрочем, к моменту их встречи в конце 2010 года Сысоеву уже трудно было единолично поддерживать свою программу, и сама жизнь толкала его к компромиссу.

«Логика в том нашем разговоре не работала, — вспоминает Белоусов. — С этой позиции все было слишком очевидно. Речь шла об ощущениях Игоря, ему нужно было все это принять. Кстати, дело не закончено, ему еще со многим предстоит смириться в будущем». «Ну да, он сложный, — признает Белоусов. — А простых людей много — только вот что с ними делать?»

Сысоев решился. Весной 2011 года они вместе с будущим операционным директором компании Максимом Коноваловым ушли из «Рамблера», тогда же уволился из «Комстар-ОТС» Андрей Алексеев. Прыжков в неизвестность Игорь, хотя и катается на горных лыжах, не любит: еще до увольнения с будущими инвесторами был подписан так называемый term sheet, в котором описывалось, какую долю в еще не существующей компании они получат в обмен на $3-миллионные инвестиции. С Runa Capital связи в тот момент не было — инвесторами пообещали выступить фонды BV Capital (ныне e.Ventures) и Greycroft, специализирующийся на цифровых медиа и в свое время вложившийся в Huffington Post.

Жестких обязательств фонды на себя не брали. Когда летом программисты создали компанию (на это ушло несколько сотен тысяч рублей собственных сбережений Сысоева и Коновалова), Greycroft отпал, но вместо него пришла Runa. Общая сумма сделки не изменилась. Основным инвестором стал фонд BV Capital, чуть меньше вложила Runa, к пулу присоединился также личный фонд Майкла Делла. Все средства идут на операционные расходы: 90% — зарплата программистов (сейчас их десяток), следующая статья — аренда офиса, пустынной квартиры на Остоженке, где помимо сысоевского рабочего угла оборудовано еще несколько таких же.

Структура сделки типична для Америки, не такая агрессивная, как здесь, признает Андрей Алексеев: «Фонды получили чуть больше 35%, 15–20% оставили на опционы сотрудникам, остальное — доля Игоря и по чуть-чуть у меня и Макса». Сысоев, кстати, не главный, он технический директор. Его задача — делать новую версию NGINX-2 и общаться с заказчиками «по чисто техническим вопросам». А остальные члены команды дорабатывают первую версию. «Отобрать ее у Игоря было тяжело, — вздыхает Андрей. — Долго боролись с ним на эту тему — ну все, кончай уже, расслабься!»

Конкурента NGINX, веб-сервер №1 в мире Apache, не получается коммерциализировать из-за идеологии его разработчиков. Самый известный – Кен Коар – выступает с лекциями о вреде цивилизации и закрепощения человека интернетом фото Fotobank / Getty Images

Выстроится ли очередь клиентов перед дверью квартиры на Остоженке? Сергей Белоусов уверенно говорит о миллиардном обороте через 10 лет, но и сам пока не знает конкретных рамок рынка, на который выйдет NGINX. Пока нет даже операционной безубыточности — ее ждут в следующем году. Участник «Общества Апачей» Жак Леру считает перспективы NGINX очень неплохими. Штука в том, что в NGINX еще не решили даже, останется ли вторая версия бесплатной и будет ли распространяться с открытым кодом (это возможность для любого программиста ее дорабатывать). Сейчас 80% оборота, который находится, по словам Коновалова, в диапазоне $0,5–1 млн, компании приносит техническая поддержка NGINX, и возможности роста здесь, скорее всего, невелики. 20% — разработка версий программы для конкретных заказчиков, среди которых Netflix, большая телекоммуникационная компания и правительственная структура.

Задача же в том, чтобы сделать наоборот: получать 80% доходов от разработки и 20% от поддержки. Компания не слишком рассчитывает на российских покупателей. «Из-за нашей популярности в России все здесь слишком хорошо научились сами работать с NGINX. И потом, идея «доплачивать за бесплатное» для наших — культурный шок», — рассуждает Коновалов. Впрочем, руководитель отдела эксплуатации поисковых сервисов «Яндекса» Анатолий Лебедев признает: «Нам важно, что часть задач по доработке NGINX мы можем поручить этой команде. Это гибкий продукт, и то, что мы продолжаем им пользоваться, — показатель нашей удовлетворенности». И все же главная цель NGINX — Америка. До сих пор на Североамериканском континенте у компании был всего один сотрудник, однако в этом году Коновалов открывает в Калифорнии офис NGINX, где будет трудиться целая группа «продавцов». Но разработка останется в России.

Максим Коновалов признается, что уже было несколько предложений купить акции по цене в несколько раз выше первоначальной. «Мы не миллионеры, — прикидывает Коновалов. — Но Игорь, по идее, мог бы им стать. Если бы захотел». Однако Сысоев в своем углу дописывает вторую версию NGINX и на пустяки не отвлекается. К декабрю все будет готово, а смежники не подведут, потому что их просто нет.

Российские программисты ускорили интернет и заработали $670 млн

Веб-сервер Nginx менее чем за десять лет прошел путь от любительского проекта разработчика Игоря Сысоева до компании, которую для сделки с американской F5 оценили почти в 26 годовых выручек. Что в ее технологии привлекает клиентов – Netflix, Facebook, Apple, «Яндекс» и тысячи других?

В 2012 году старший партнер и сооснователь фонда венчурного фонда Runa Capital Сергей Белоусов в интервью Forbes предполагал, что через десять лет небольшая на тот момент компания Nginx сможет выйти на оборот в $1 млрд. Прогноз пока не сбылся, но Nginx – мировой лидер рынка веб-серверов – на пути к большой цели: сервисом пользуются корпоративные гиганты масштаба Netflix, Airbnb и Instagram, а в совокупности его технологии заложены в логику работы 60% из 100 000 самых посещаемых сайтов планеты. 11 марта 2019 года проект, основанный российскими программистами, за $670 млн приобрела американская компания F5 Networks. Forbes вместе с основателями и инвесторами Nginx, и экспертами вспомнил путь компании от любительской разработки до большого бизнеса и узнал, что будет с технологией под крылом нового владельца.

От хобби к мировой гегемонии

Идею Nginx Игорь Сысоев придумал в свободное от основной работы время. Программист в «Рамблере», за код веб-сервера он взялся в начале 2000-х. Интернет оживал после взрыва «пузыря доткомов» и «очень быстро рос, правда, сайты работали с перебоями», вспоминает Сысоев в интервью Forbes.

Большинство ресурсов на тот момент работали на веб-сервере Apache – программе, написанной группой американских студентов. Она позволяла распределить нагрузку на сайт так, чтобы им могло одновременно пользоваться большое число посетителей. Однако Apache был рассчитан всего на пару тысяч посетителей одновременно. Пользователи могли запускать сотни разных процессов: кто-то – загружать медиа-файлы, кто-то – открывать сайт и оставлять во вкладке, – но каждый из процессов занимал большой объем памяти на сервере. Чтобы дать подключение другим посетителям, приходилось задействовать дополнительные сервера.

Из-за роста нагрузки подключение становилось более медленным и менее надежным: при внезапных всплесках трафика сайт «падал», а для восстановления работы требовались часы или даже дни. Решения проблемы были очень дорогими и ненадежными, вспоминает Сысоев.

Альтернативу им он и решил создать в свободное от работы в «Рамблере» время. Веб-сервер, получивший название Nginx, также мог запускать несколько процессов параллельно, но при этом перераспределять нагрузку так, чтобы обслуживать до 10 000 запросов одновременно. Этот результат обеспечивал фиксированный объем памяти всех веб-серверов, который не зависел от количества подключений.

Код Сысоев выложил на собственный сайт. Продукт быстро заметили потенциальные клиенты – вскоре им стали пользоваться популярные ресурсы, например, сайты знакомств Rate.ее и Mamba, а также музыкальный портал «Звуки.ру». Создателю сервиса стало трудно в одиночку справляться с поддержкой программы, и в 2011-м он уволился из «Рамблера», и вместе с бывшим коллегой Максимом Коноваловым и сотрудником «Комстар-ОТС» Андреем Алексеевым основал компанию Nginx.

Сеть будто заждалась альтернативы Apache – рост популярности проекта был лавинообразным: уже в 2012-м примерно четверть из 200 млн самых посещаемых сайтов планеты перешли с Apache на Nginx. Среди пользователей программы оказались и международные корпорации, например, Netflix и Facebook, и российские ИТ-гиганты, например, «Яндекс» и «ВКонтакте».

Читать еще:  Куда отправиться недорого из России на отдых с семьей в кризис в 2015 году?

По состоянию на начало 2019 года Nginx обогнал Apache во всех топовых сегментах: по оценке W3Techs, софт от российских разработчиков используют 59% из топ-1000 самых популярных в мире сайтов, 67% – из топ-10000 и 50% – из миллиона ресурсов-лидеров по посещаемости. Доля других веб-серверов снижается год от года. И хотя пока во всем интернете Nginx используют 41% против 44%, которые работают на Apache, уже к концу года пропорция изменится в пользу проекта от команды Сысоева, прогнозирует старший инвестиционный менеджер Runa Capital Константин Виноградов.

Как программист сумел заработать миллион долларов на хобби

От open source к монетизации

«80% оборота, который находится в диапазоне $0,5-1 млн, компании приносит техническая поддержка Nginx, и возможности роста здесь, скорее всего, невелики. 20% – разработка версий программы для конкретных заказчиков, среди которых Netflix, большая телекоммуникационная компания и правительственная структура», – рассказывал Forbes сооснователь и операционный директор Nginx Максим Коновалов в 2012 году.

С тех пор компания многое сделала для того, чтобы Nginx развивался не только как open source, но и как коммерческий проект. Для развития бизнеса команда в первую очередь решила встроить в программу дополнительные возможности: Nginx Plus принимал трафик, внедрял средства защиты, а затем перенаправлял трафик на серверы приложений. «Чтобы обеспечить предприятиям возможность масштабирования в интернете, в 2012 году мы начали работать над коммерческим решением Nginx и в конце августа 2013 года запустили его как Nginx Plus, – рассказывает Сысоев. – Этот продукт, созданный и поддерживаемый командой инженеров во главе с моим партнером Максимом Коноваловым, по сей день обеспечивает более 90% наших доходов».

По просьбе Forbes основатели Nginx раскрыли выручку компании за 2018 год – показатель составил $26 млн, на 65% больше, чем в 2017-м. Таким образом, проект заработал в прошлом году в 25,8 раза меньше суммы сделки с F5.

Ключевой критерий привлекательности Nginx как объекта для поглощения – востребованность программы в ИТ-экосистемах крупных компаний. «Теперь у нас тысячи клиентов. Более 150 компаний из рейтинга Forbes Global 2000 (рейтинг крупнейших публичных компаний мира – прим. ред.) используют платную версию Nginx Plus для доставки своих приложений. Эти невероятные цифры были достигнуты менее чем за шесть лет», – гордится Сысоев.

На Nginx работают почти все привычные массовой аудитории популярные сайты, кроме ресурсов Microsoft и Google, – Facebook, Instagram, Netflix, Apple, «Яндекс», «ВКонтакте» и многие другие, перечисляет Виноградов из Runa Capital.

При этом не все крупные клиенты пользуются Nginx Plus, подчеркивает инвестор: например, Facebook работает с бесплатной версией продукта. «У Facebook и так огромный штат своих разработчиков, которые самостоятельно кастомизировали веб-сервера Nginx. Таким интернет корпорациям нет смысла приобретать платные версии», – рассуждает управляющий партнер и основатель российского хостинг-провайдера RUVDS Никита Цаплин.

Среди известных платных клиентов Nginx – фотосервис Photoshop Adobe, издание BuzzFeed, сервис скидок Groupon, система управления сайтом WordPress и нидерландский финансовый конгломерат ING Group, добавляет Виноградов. Стоимость Nginx Plus составляет от $2500 до $5000. По факту подписка обходится дороже, потому что указанные суммы клиенты платят за «экземпляр» – копию софта, работающего на одном физическом или виртуальном сервере. Большинству клиентов требуется от двух и более подписок, чтобы обеспечить бесперебойную работу сайтов с высокой нагрузкой. Детали соглашений с партнерами компания не раскрывает.

От $3 млн к $670 млн

За восемь лет существования Nginx как бизнеса компания привлекла более $100 млн инвестиций. Первым и самым важным для развития проекта инвестором стал Сергей Белоусов из Runa Capital. Он не просто вложил в компанию средства, а еще и убедил основателей в перспективах их собственного продукта. Именно под влиянием Белоусова Сысоев, Коновалов и их команда ушли с предыдущих мест работы. Также менеджер Runa привел в компанию бывшего вице-президента американской Red Hat Гаса Робертсона – вплоть до сделки с F5 тот занимал в Nginx позицию генерального директора.

В первом раунде инвестиций в 2011 году вместе с Runa также участвовали фонды e.ventures и MSD. В совокупности они вложили $3 млн и получили чуть больше 35% долей Nginx. Еще 15-20% тогда оставили на опционы сотрудникам, остальное составляли доли основателей.

Позднее основным инвестиционным партнером Nginx стал американский венчурный фонд NEA. В 2013-м, 2014-м и 2017-м годах фонд вложил в компанию $10 млн, $20 млн и $14 млн соответственно. В 2016-м еще $14 млн Nginx привлек от Telstra и Blue Cloud. Последний раунд прошел в 2018 году: венчурное подразделение Goldman Sachs и NEA вложили в компанию $43 млн.

Эти ресурсы позволили Nginx вырасти из компании десяти программистов, ютящихся в московском офисе, в глобального игрока с офисами в Сингапуре, США и Ирландии. 250 сотрудников проекта теперь занимаются не только писанием кода, но и продажами, маркетингом, техподдержкой и управлением продуктами.

F5 – компания с годовой выручкой в $2,2 млрд – вышла на Nginx в конце 2018 года, «чтобы обсудить возможное партнерство», вспоминает Коновалов. «У Nginx оказалось множество комплиментарных функций, чтобы превратить это [партнерство] в нечто большее», – добавляет он.

В итоге за несколько месяцев стороны договорились о параметрах сделки. За $670 млн F5 выкупила все акции Nginx, в том числе те, что принадлежали Runa Capital. Насколько успешным для фонда получился выход из проекта, представители Runa не раскрыли. Основатели Nginx также не комментируют детали сделки.

Топливо для ИТ: российский стартап Brandquad привлек 187,5 млн рублей

От независимости к синергии

F5 Networks – лидер на рынке решений балансировки нагрузок сайтов и ускорения приложений, ее технологии по задачам близки с продуктом Nginx Plus. «Пока слишком рано обсуждать конкретные планы по будущим совместным продуктам», – отмечает Максим Коновалов. По его словам, сделка может приблизить F5 «к решению задачи, с которой сталкиваются многие клиенты Nginx». «Большинство компаний имеют несовместимые сервисы и приложения от разных поставщиков. Это небезопасно: ими трудно управлять, что приводит к нестабильной среде. Все приложения должны быть защищены от такого риска и при этом оставаться управляемыми для масштабирования в больших и сложных средах», – объясняет сооснователь Nginx.

И Nginx, и F5 будут полезны друг другу – у компаний есть совершенно новые для другой стороны сделки области знаний, уверен он: «Nginx – лидер на рынке веб-серверов и кэширования контента, а также новатор в области интерфейсов API и Kubernetes, в которых F5 исторически не имел компетенции. F5 же привнесет свой опыт в области безопасности приложений, защиты от ботов и DDoS-атак».

По условиям договора, F5 не станет закрывать исходный код Nginx, продолжит поддерживать команду разработчиков и сохранит лицензию на использование платных продуктов и бренд Nginx. «В долгосрочной перспективе мы ожидаем увеличения инвестиций в разработку открытого исходного кода и расширения сообщества программистов, которые будут его дополнять и развивать», – утверждает Игорь Сысоев.

Когда корпорации покупают лидирующие проекты в индустрии, закрывать код совсем не является необходимым условием для реализации стратегии, рассуждает директор по инвестициям международного венчурного фонда Maxfield Capital Алексей Тукнов. «Интерес, конечно же, не только прямой финансовый, но и синергитический, в том числе и в платном расширении функционала за счет продуктов корпораций», – поясняет эксперт. Примеры, когда проекты с открытым кодом находили эффективную модель монетизации, не так уж редки, отмечает он: один из самых известных кейсов – Mozilla Foundation (разработчик браузера Firefox), организация монетизировала встроенный поиск через контракты c Google и Yahoo, оцениваемые в несколько сотен миллионов долларов в год. Другой пример – открытая операционная система Red Hat, которую IBM купила за $34 млрд.

Впрочем, повторить уникальную историю успеха Nginx под силу далеко не каждому проекту, говорит Константин Виноградов из Runa Capital. «Многие компании хотят развиваться по подобной траектории, но мало у кого получается. Во-первых, команда основателей обладала феноменальными техническим компетенциями, за счет которых Игорь [Сысоев] и его партнеры построили выдающийся продукт. Во-вторых, основатели имели по-настоящему глобальные амбиции», – заключает инвестор.

Кто хочет стать миллионером: 7 способов разбогатеть, не создавая компанию

С миллионерами обычно ассоциируются бизнесмены, владельцы собственных компаний, стартаперы. В России, правда, некоторые слои населения до сих пор считают бизнесменов ворами, но разговор сейчас не об этом. Миллионерами могут быть и выдающиеся политики, актеры, музыканты, спортсмены и прочие «шоумены».

Однако ниже речь пойдет о том, как можно крупно разбогатеть простым смертным, как говорится, в свободное от работы время. Если вы не хотите создавать компанию, не хотите быть известными за пределами онлайна и выставлять свою жизнь на всеобщее обозрение, то указанные ниже способы обогащения вас заинтересуют.

Издание Business Insider позаботилось о вашем благополучии и поведало миру о семи таких способах.

Персональный блог

В середине 2013 год Скотт ДеЛонг (Scott DeLong) запустил персональный блог ViralNova на каждой странице размещал по несколько рекламных объявлений Google ad. Уже через 8 месяцев его годовая выручка оценивалась более чем в $1 миллион. Далее ее оценка колебалась между $1,2 и $4,8 миллиона – в зависимости от уровня трафика на сайте. ДеЛонг добился этого, работая один, без сторонних инвестиций.

В блоге он публиковал различные истории с броскими заголовками, которые вызывали резонанс и тут же попадали в Facebook. Так, число ежемесячных посетителей блога выросло до 100 миллионов.

В 2015 году ДеЛонг продал свой сайт медиакомпании Zealot Networks за $100 миллионов.

Вирусное приложение

Всего за три дня независимый разработчик игр из Вьетнама Донг Нгуэн создал самую популярную игру 2014 года – Flappy Bird. Он рассказал, что зарабатывал тогда по $50 тысяч ежедневно, разместив в своей бесплатной игре рекламный баннер. Чтобы доход достиг $1 миллиона, игра должна была продержаться в App Store всего 20 дней. Но она продержалась бы там и больше, если бы через месяц разработчик не удалил ее сам.

На пике популярности игра исчезла из магазина приложений. Нгуэн решил, что успех игры разрушил его прежнюю жизнь обычного инди-разработчика игр. Кроме того, по его мнению, люди играют в нее слишком много. Вирусное приложение вызвало «болезненную» привязанность людей.

Публикация книг в Amazon Kindle

Несколько лет назад, в 2011 году, Аманда Хокинг стала самым продаваемым писателем в магазине Amazon Kindle. Она была независимым автором и не имела договора ни с каким издательством, поэтому ей доставалась 70% от продаж ее книг. Ежемесячно у нее покупали около 100 тысяч экземпляров за $1-$3. В результате писательница заработала несколько миллионов долларов.

Она не единственный успешный независимый автор книг в Amazon Kindle. На деньги, заработанные на продажах в Kindle, Боб Майер и Джен Толти основали издательский дом в течение двух лет. Об этом они рассказали в своей книге «Как мы сделали свой первый миллион в Kindle».

Монетизация собственного YouTube-канала

Сделать деньги на YouTube очень непросто. Даже «звездам» с миллионом подписчиков иногда еле хватает денег, чтобы связать концы с концами. Но если вам удастся стабильно производить действительно выдающийся контент и обрасти многомиллионной армией поклонников, считайте, что дело сделано.

Один из наиболее успешных в этом плане деятелей, PewDiePie (настоящее имя — Феликс Чельберг), заработал на YouTube $12 миллионов. Многие другие подобные персоналии зарабатывают по $1 миллиону в год на рекламе. Например, 9-летний мальчик, который делает видео-обзоры игрушек, имеет миллион подписчиков и миллиард просмотров.

Краудфандинг

Kickstarter и Indiegogo – краудфандинговые платформы, позволяющие собрать деньги на реализацию своей идеи. Если идея понравится сообществу, то есть шанс собрать внушительную сумму.

Многие люди неоднократно собирали на краудфандинге более $1 миллиона. Одна из самых успешных краудфандинговых кампаний – сбор средств на создание часов Pebble Watch. Разработчики получили $10 миллионов за несколько недель.

Теперь часы Pebble конкурируют с такими производителями умных часов, как Samsung и Apple.

Конечно же, собранные средства нельзя потом положить себе в карман. Краудфандинговые платформы в последнее время особенно внимательно относятся к контролю целевого использования средств и выполнения прочих обещаний, которые авторы проектов дают бэкерам.

Продажа учебных планов

В 2008 году педагог детского сада Дианна Джамп начала продавать собственноручно составленные учебные планы другим педагогам через сайт TeachersPayTeachers. Она составила 99 программ обучения и продавала их по $8.

В 2012 году ее доходы превысили $1 миллион. Ежемесячно она получала $100 тысяч от своего маленького бизнеса. Эта сумма почти в два раза превышала ее зарплату в детском саду.

Инновационные идеи «на миллион»

Сайт Quirky позволяет всем желающим попытать счастье и предложить свою идею «на миллион». Если вы придумали инновационный проект или решение, платформа сможет помочь вам заработать тысячи или даже миллионы долларов. Она продает идеи через свою партнерскую сеть.

Джейк Зин стал первым миллионером на сайте. В 2010 году он разместил там свою идею гибкого сетевого фильтра для электрических розеток. Его проект получил название Pivot Power.

За размещение идеи на Quirky.com платить не нужно. Но если она становится кому-то интересна и ее берут на реализацию, то автор делится прибылью с сайтом и сообществом Quirky. Если идея удачно реализована и создан продукт, то изобретатель получает 30% от онлайн-продаж и 10% от его продаж в обычных магазинах.

Альтернатива альтернативам

Если по счастливой случайности ваша основная работа связана со сферой информационных технологий, можно использовать предельно прямолинейную стратегию.

«Мегамозг» ранее описывал 10 ИТ-умений, которые принесут годовую зарплату более 130 тысяч долларов. Тут есть шанс стать хотя бы рублевым миллионером. Особенно, учитывая рост курса доллара.

Правда, для этого придется устроиться на работу в США. Но «Мегамозг» знает решение и этой задачи тоже.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector